Шумерские ночи. Том 3

Тут он оказался дешев. О игиги, о ануннаки, насколько же он оказался дешев! Креол вспомнил, сколько за маленькие кусочки шоколада дерут те кудесники, что получают его из Праквантеша, и аж почернел от злости. Он решил привезти домой целую гору шоколада… и непременно секрет его создания.

Вынюхать его любой ценой.

Ничего вынюхивать не пришлось. Оказалось, что секрета не существует. Оказалось, что шоколад делают из тех самых оранжевых плодов, что Креол во множестве видел по дороге сюда. Их деревья так и называются – шоколадные деревья, а в их плодах содержатся бобы, которые праквантеки едят сырыми, варят из них шоколад и даже используют вместо мелких монет.

Мир Креола перевернулся, когда он это узнал. Шоколад и впрямь растет на деревьях. Правы оказались невежды и глупцы, а вовсе не мудрые и всезнающие.

А еще оказалось, что в Шумере эти деревья не вырастут. Креол не первый, кому это пришло в голову. Те самые маги, что получают из Праквантеша готовый шоколад и с выгодой его продают, не раз пытались сократить цепочку, но оказалось, что в Шумере для чудесных бобов не тот климат и не та земля.

А вот, скажем, маис вырастить там будет легко, но кому нужен этот маис, когда есть ячмень и пшеница? Пусть его дикари жрут.

Ну и ладно. Узнав обо всем этом, Креол только пожал плечами и выпил еще чашу горячего шоколада. Смешанный с медом, перцем и корицей, он одновременно был сладок и немного горчил, оставлял на языке терпкое послевкусие и заряжал энергией. В нем была сила земли и благословение богов, в нем разливалась жидкая мана.

- Да, вот это жизнь, - важно кивнул Хубаксис, приникая к другой чаше.

- Да-а, воистину, - согласился Хитагайца, опорожняя третью. – О заклинатель, давно уже служу я тебе…

- Всего несколько дней, - сказал Креол.

- Я так полюбил тебя за эти дни, что мне кажется, будто мы знакомы долгие годы. Но я все еще не узнал, для чего ты здесь, в Праквантеше. Что же привело тебя сюда, скажи. Мне нужно это знать, чтобы написать об этом в моей песне-хронике.

- Ты шпион, что ли? – прищурился Креол.

- Нет, и сейчас я тебе это докажу, - взялся за свирель Хитагайца.

И он сыграл музыкальное вступление, потом спел короткую тягучую песенку, затем снова поиграл на свирели и опять немного спел.

Чисты и белы мои одежды,

И смех мой весел и звонок,

А сердце преисполнено радости,

Ведь служу я доброму мудрецу,

и тому рад.

Все кругом благоухает,

Блистает луна в небесах,

И веет нежный ветерок.