В пепел

Она взяла себя в руки, поправила шляпку и сделала пару решительных шагов в сторону набирающего обороты скандала.

– Сестричка, рехнулась? – голос Дари, раздавшийся за спиной, звучал придушенно и прерывался странным кашлем, но был для нее сейчас слаще ангельского хора. – Куда намылилась? Валить нужно в другую сторону!

На том ангелы и замолкли. Тем более что тот сунул ей в руки тяжелый и неудобный сверток, подпихнул в спину и скомандовал:

– Ходу! Ходу отсюда! Пока эта сирена не собрала здесь легавых со всего города.

Когда они вернулись в квартиру, Ретен, места себе не находивший от беспокойства и собственной беспомощности, первым делом вопросительно уставился на мальчишку.

– Принес я твои сокровища, принес, все в порядке, – правильно расшифровал тот эту пантомиму.

Охранника отпустило настолько явно, что хихикнула даже Лаис.

– Давай рассказывай, герой, – дернула она Дари за вихор. – С чего это тебя так корчило от смеха всю дорогу? И что там за переполох случился?

И Пепел рассказал. Живо и красочно.

С подробностями и в лицах.

Сцена с кальсонами и ее яркое описание имели успех особенно оглушительный. Лаис слова сказать не могла, лишь молча и недоверчиво таращилась на мальчишку, подозревая, что ей врут. Ретен мрачно играл желваками. Дари уже икал.

– Слушай, но ты же не мог ее не узнать? Ну, эту загадочную даму. – Лаис все еще не могла поверить. – Даже я поняла, кто это.

– Узнал, конечно, – хихикнул тот. – Пусть и не сразу. Это, Рети, твоя несостоявшаяся рыжая любовь.

Хотя… насчет состоявшейся – это с какой стороны посмотреть. Если с ее – то вполне. Надо же, какая самоотверженная преданность твоему нижнему белью! Не иначе как добывался трофей, чтобы потом хвастаться подружкам. И ты, Рети, будешь теперь среди подавальщиц кофе легендарной фигурой. А твои портки станут знаменем их вроде как сбывшихся надежд…

Пепла явно несло. И явно не туда. Но остановиться сам он уже не мог, его веселье все больше напоминало истерику. Пришлось останавливать, с чем Ретен прекрасно и справился.

– Мальчик, – удивительно равнодушно, с ленцой даже, протянул он, глядя куда-то поверх головы Дари. – А ведь мои кальсоны спасли тебе жизнь, так? И я теперь тоже об этом знаю. Но про эту странную цену могут узнать и другие. Не страшно?

Пепел подавился смехом и потрясенно уставился на него.

– Н-да… Умеете же вы, сиятельный ресс. Ладно, один-один.

– Один-ноль, мальчик. Причем не в твою пользу.

Тот молча поднял руки, признавая поражение.