Иная судьба. Книга 1

Последнее сказала из опасения, что учёный секретарь принесёт ей ещё какую-нибудь чудо-книгу, а сама испугалась: правильно ли? Но, должно быть, попала в точку, потому что секретарь не усмехнулся, не скривился после её слов, а лишь почтительно наклонил голову.

– Всегда к вашим услугам, сударыня. Если вам понадобится какое-то разъяснение – буду рад помочь.

Откланявшись, легко сбежал по лестнице. За ним еле слышно скрипнула дверь, бережно прикрытая рукой невидимого лакея. Марта со страхом посмотрела на разверстую, как ей показалось, книжную пасть…

И начала с Ог-лав-ле-ни-я, будь оно неладно.

Одолев полстраницы, она взмокла, будто не учёным трудом занималась, а дрова рубила. Однако упорно продолжала вгрызаться в текст. Перед Арманом она не лукавила – читала действительно медленно, но то бы ещё полбеды. Как на грех, в «Этикете» оказалось слишком много длинных слов, вроде бы и знакомых на слух; но в тех немногих детских книжках, изученных вдоль и поперёк вместе с племянниками, таких не встречалось.

Ведь, почитай, каждое слово пишется не совсем так, как слышится, это же ещё запомнить нужно написание... Она разбирала одно за другим, но от излишнего усердия уставала, и смысл прочитанного расплывался. И кто это всё насочинял? Неужели нельзя изъясняться проще?

«Этикет есть не что иное, как собрание (свод) правил и формальностей, касающихся внешности и образа действий в обществе, которое принято называть благовоспитанным.

Само слово «благовоспитанный» показывает, что «приличные манеры» есть нечто приобретаемое, прививающееся человеку воспитанием. Действительно, хорошее, благое воспитание прививается с детских лет. С самого нежного возраста о ребёнке заботится нянюшка, стараясь, чтобы вверенное ей дитя было вежливо и опрятно, затем гувернёры и гувернантки продолжают то, что начали няни, и, наконец, с переходом из детского в юношеский возраст молодые особы начинают посещать общество и здесь, под руководством матери, заканчивают своё воспитание, т.

е…» Что ещё за «т.е.»? «…окончательно усваивают весь цикл приличных манер и светского этикета».

С пятого на десятое разобрав, о чём идёт речь, Марта совершенно неблаговоспитанно зашмыгала носом. У неё-то не было ни нянек, ни гуверн… язык сломаешь об это слово. А главное – невыносимо жалко стало, что так мало помнила она добрую матушку.