Иная судьба. Книга 1

Негодовал – да, требовал у герцога определённой компенсации, дабы заглаживать урон, причиненный христианской церкви и некоторым её святыням, но не удивлялся. Что его поражало больше – так это сам факт, что два года назад его светлости было дано высочайшее разрешение на брак с Анной де Бирс, у которой, как поговаривали, не всё было чисто с кровью, ходили какие-то слухи о похождениях её бабки невесть где и неизвестно с кем… А ведь разрешение давалось непосредственно при участии Святейшего Синода и самого Папы, который располагал уникальной сетью сбора информации, и кому, как не Синоду, заботиться о чистоте дворянской крови и о том, чтобы новые поколения опор власти росли здоровыми и физически, и духовно!

И отчего-то венчание герцогской четы проводил представитель Синода, архиепископ Лютецкий, в замке Фуа; его же, Бенедикта, отослали с каким-то пустяшным поручением в отдалённый халифат – улаживать небольшие дрязги между двумя родственными конфессиями, у которых вдруг возникли разночтения одного из Евангелий.

Только год спустя после женитьбы герцога, увидев своими глазами красавицу Анну, Бенедикт насторожился. Святым он, конечно, не был, несмотря на духовное звание, но с некоторых пор видел людей несколько иначе. Оттого тёмный шлейф ненависти и беспричинной злобы, стлавшийся за герцогиней, разглядел сразу. А уж когда она на его глазах однажды вроде бы случайно дважды уронила в храмовую чашу со святой водой то кольцо, то кошелёк – чтобы оборванцы кинулись выуживать рассыпавшиеся монеты своими нечистыми пальцами, а сама бесстыдно смеялась и подзуживала – его высокопреосвященство задумался.

Он потребовал собрать о новой герцогине и её родне всё: официальные сведения, слухи, сплетни, самые фантастические нелепицы… Умный человек сумеет отделить грязь от плевел. И вот в одной из очередных грязных сказочек о покойной бабке де Бирс впервые прозвучало слово «суккуба».

За истекший год ему удалось не только пополнить теоретические знания в изучаемой области, но и обогатить их практикой. Анна была непостижима в своём бесстыдстве, хитроумии, умении прятать концы в воду.