Дан - Футболист. Новые вершины

Сейчас утро? — Сперва поздоровалась, а потом и засомневалась моя Оля

— Почти, Олька, почти — Смеюсь я, просто потому, что на душе радостно.

И она снова улыбается, а от ее улыбки в душе не то, что цветы распускаются, там фанфары играют причем сразу все марши разом, и как-то в унисон попадают же?

И я ее снова обнимаю и тяну к себе, а она улыбается, прижимается, и с хитрой улыбкой шепчет:

— Что опять?—

Я смеюсь и отвечаю, целуя охотно подставленные губы

— Мысль интересная. И заметьте, не я первый это предложил. И вообще на чем мы остановились? — Шепчу я, шутливо делая сразу две отсылки на два знаменитых фильма

— Ой, милый, столько повторов было, что я уже и не помню — Не уступает мне весьма образованная блондинка, разрушая тем самым стереотипы мышления и, в свою очередь делая двойную отсылку одновременно на знаменитую сказку и на тот же фильм.

— Ну так значит, начнем с начала — Продолжаю игру я, одновременно стаскивая с любимой простыню, которую по бакинской привычке используем вместо одеяла.

Хорошо еще, что не мокрую, а то бывало и такое, мокрыми простынями спасались от изнуряющей жары. Бакинское лето, оно такое.

А она шутливо сопротивляется, вцепилась в простыню, но как то так оригинально, что вся оказалась поверх ее. Мастерица.

И раскинулась привольно, смотрится конечно невероятно привлекательно. Белое прекрасное тело на белоснежных простынях. Ну как тут удержаться? И не поцеловать? И не погладить?

Трудно, а я трудности не люблю и потому, и не думаю удерживаться.

А она по моему и не хочет, чтобы удерживался, а как можно обидеть девушку? Тем более такую? Ни как. Не можно. И мои руки уже бегут по прекрасному телу моей любимой, задерживаясь на наиболее интересных местах.

Девушка любимая и тело прекрасное, мест интересных, ой как много. И путешествие затягивается и затягивает все больше, и больше, и больше, и дальше, и глубже. И кончились эпитеты, осталась одна неприкрытая страсть, которая сейчас заменила жизнь для нас обоих.

И снова обжигают губы, горит кожа, сносит разум. И вновь делим одно дыханье на двоих, и уже не разобрать, где и кто. Переплетены судьбы, переплетены нити жизни, переплетены тела. Финальный акт, великой игры под названием любовь, в которой каждый кто любит и сценарист, и режиссер, и главный герой.

И если есть любовь, то по другому и не бывает.

И сорвались, и накрыло, и уже ни кто, и ни чего не соображает. Ушли туда, где хорошо, но обещали вернуться.