Дядя самых честных правил

Если только переодеть её: по кустам в сарафане лазать — не слишком хорошая идея.

— Во что переодеть?

— Ну, штаны, сапоги, куртку тёплую.

— Девку в штаны? Ой, срамота какая!

— Настасья Филипповна, так для дела же. В лесу её точно никто не увидит, а вернётся — сразу обратно переоденется.

Ключница поупиралась для порядка, но в конце концов согласилась.

— Ладно, только ради пользы. Погоди, сейчас всё организую.

Я поднялся к себе, надел сапоги и собрал всякую мелочёвку. А когда вернулся на первый этаж, меня уже ждали ключница и орка Таня, одетая по-мужски.

Слушайте, она ещё привлекательней стала. Хотя куда уж больше? Нет, всё, не думаю об этом. Крутить любовь с крепостной — против правил чести. По крайней мере, моих.

— Константин Платонович, — Таня доверчиво посмотрела на меня, — а вы нож мне дадите?

— Зачем? — Я опешил от такой просьбы.

— Волк — зверь хитрый, вдруг подберётся? И шкуру я снимать умею, честное слово.

Я перевёл взгляд на ключницу и кивнул. Настасья Филипповна хмыкнула, сходила куда-то и вернулась с охотничьим ножом и поясом с ножнами.

— Ох, Танька, — ключница дёрнула орку за ухо, — смотри мне.

Та пискнула и сделала покорное лицо.

— Я потом спрошу Константина Платоновича, как ты себя вела. Ясно? На, нести будешь.

Настасья Филипповна вручила орке здоровенную суму, даже на вид тяжёлую. Танька с лёгкостью повесила её на плечо и посмотрела на меня с готовностью.

— Выходим, — я закинул на спину ружья и двинулся на улицу. Нас ждали лес, волки и много-много чистого воздуха.

Глава 11 - Охота

Ходить по муромским лесам — это вам не по набережной Сены вышагивать. Те ещё буреломы и звериные тропы. Но ничего, я быстро привык, будто всегда здесь разгуливал. А орке так вообще было всё нипочём — в этих лесах она чувствовала себя, как дома.

— Константин Платонович, а вы охотник?

— Не совсем.

— А как вы следы искать будете?

Я хмыкнул. Нет, следопыт из меня — как из свинопаса герцог. Но кое-что для этого случая имеется.

— Увидишь.

Оглядываясь по сторонам, я заметил большую старую шишку на земле.

— Посиди пока, а я нам проводника сделаю.

Ага, как же, присела она. Подобралась поближе и уставилась, что я такое буду вытворять. Ладно, пусть смотрит.

В шишку я запихнул большой клок волчьей шерсти. Каюсь, это я в усадьбе отчекрыжил от шкуры на стене. Немного попортил дядин охотничий трофей, но для дела не жалко. Затем достал моток шерстяных ниток и обмотал шишку со всех сторон.