Пожиратели миров. 10 том.

Мы были сильны, мы заселяли новые миры и строили страну, что была способна изменять мироздание. А всё это, где мы сейчас находимся — лишь осколки нашего былого величия. И мы не более чем горстка людей, что теперь выживает на руинах нашего тщеславия и силы, — её взгляд вернулся ко мне. — Ты не отсюда, не так ли, Грант? Не из этого мира руин нашего былого величия.

— Не отсюда, Марианетта, — негромко ответил я.

— Что там? За пределами наших островов? Там, откуда ты? Какой там мир?

И я вспомнил мир, который когда-то покинул в разгар бойни.

— Вечная война. Вечная непрекращающаяся война, которая перемалывает миллиарды людей каждый год, и конца ей не видно. Мир, где для того, чтобы выжить, приходится постоянно воевать, жертвуя миллиардами, чтобы спасти триллионы.

— Ужасный мир, — тихо произнесла она. — Ты хочешь туда вернуться?

— Я думаю, что он бы смог защитить вас от того зла, что стучится в него.

— И тоже погрузить в бесконечную войну? — спросила она беззлобно.

— И подарить защиту.

— Мир ради войны, где война ради мира, — вздохнула она. — Будет ли защита стоить того, Элиадирас?

Я удивлённо взглянул на неё, но Марианетта лишь пожала плечами.

— Катэрия сказала, что это твоё настоящее имя.

— Да, Элиадирас Каллепер, так меня назвали с рождения, — не стал я скрывать правды.

— Красивое имя, — улыбнулась она. — Мне оно даже нравится больше, чем твоё сейчас, уж извини меня.

— Моей матери было бы приятно это услышать… — пробормотал я.

Марианетта, как она любила делать, вновь подошла ко мне и обняла, прижав к своей груди так, будто хотела меня задушить. В принципе, такой ненавязчивый и безобидный способ был страшной штукой, способной тихо разобраться с любым зазевавшимся и ничего не подозревающим противником.

— Пообещай, что не поставишь свои интересы выше нашей семьи, Элиадирас, — негромко попросила она.

— Я…

— Знаю, ты верен тем, за кого сражался, и так далее, но я не столь молода, чтобы не понимать, что будет, когда нас прилетят защищать.

— Я не могу дать обещание, когда давал клятву, Марианетта.

— И всё же… — вздохнула она.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вас это не затронуло. Обещаю.

И тут же внутри поморщился от своих слов, прекрасно понимая, что если на них положат взгляд, я попросту ничего не смогу сделать.

Я никогда не задумывался о том, что правильно и неправильно.