Младший наследник

Или ты думал, я тебе по электронной почте что-то отправлю? Вот уж дудки.

Какой-какой почте?

Пришлось сбегать к Харе, потому что об этом я и не подумал — точного адреса я и не знал. Хара же быстро надиктовала Марии всё, что нужно. На этом мой разговор с Вяземской закончился.

Замечательно. Давненько я не чувствовал себя таким довольным — теперь у меня хотя бы будут правильные руководства, а не одна лишь интуиция, интернет и бесполезные воспоминания владельца тела.

Следующее утро я потратил на тренировку. Нет, не с энергией — это была жалкая попытка сделать так, чтобы моё новое тело нельзя было сломать напополам одним тычком.

Жалкая, потому что пробежать, не задыхаясь, я смог от силы три минуты. Кто же знал, что всё будет так плохо! Эх, Сабуро, самому-то не стыдно?

О том, что было после бега, даже говорить не хочется, но когда Хара увидела моё совершенно измученное красное, как спелый помидор, лицо, она решила, что я опять собрался помирать. Я и сам так думал — и всё же, пронесло.

После завтрака (довольно мучительного — тело, конечно, помнит как пользоваться палочками, но стоит на этом сосредоточиться, как я сразу их роняю; тут хоть вообще не думай и не смотри) пришло время медитации.

Акира, маленький поганец, подпортил мне настроение. Подумать только, у него энергии больше, чем у меня! Даром, что пользоваться ей не умеет. А если бы мог?

Будь это магия, резерв которой вообще никак не увеличить, я бы вообще впал в депрессию. Так есть хоть какая-то надежда не быть примерно настолько же сильным, как какой-нибудь червяк.

Я заперся у ебя и сел в позу лотоса. В этот раз энергия отзывалась куда охотнее, чем обычно. Мне даже показалось, будто её стало чуть больше. Хотелось бы, чтобы увеличение резерва стало значительным; впрочем, кто знает, на сколько ещё дней я могу отключиться — я решил, что лучше бы мне не позволять себе это прямо сейчас.

Поэтому я и попросил Хару растрясти меня, когда придёт Фукава. Вообще-то, это не очень полезно — недостаточно бережное отношение даже может нарушить поток и привести к травмам, насколько я помню.

Но Хара всегда была деликатной — когда пришло время, она лишь пару раз едва заметно дотронулась до моего плеча и и позвала меня по имени.

Разминая затёкшие за несколько часов конечности, я глянул на настенные часы: полпятого. Поздновато этот парень заявился. Впрочем, откуда мне знать, как тут учатся?

Хотя, Фукава бы ещё учился. А он этого, судя по всему, не делает.

— Что-нибудь случилось, пока меня не было? — спросил я.