Эра цепей

Староста и его жена расступились, давая дорогу кардийцу. Тот все так же сжимал в одной руке меч, а второй аккуратно опустил юношу с плеча на землю перед его отцом.

— Мальчик… — хрипло вздохнул старик, от ужаса прикрыв дрожащей, костлявой ладонью рот. На глаза его наворачивались слезы, он сделал шаг вперед, к сыну, но Ар поднял меч на уровень груди, напрягаясь всем телом. — Зря вы сюда пришли.

— Не потрудишься объяснить, что это? — шаг вперед сделала Манья, а с ней и ее муж.

Ар повернулся к ним вполоборота, чтобы чувствовать тепло по обе стороны.

Все его тело было напряжено до предела, инстинкты кричали, взывали к его силе, требовали крови, но он держал себя в руках.

— Это… Будущее, которое у нас отняли, — старик опустил голову. Слова с трудом, с хрипом срывались с его уст, а в глазах была лишь печаль и осознание собственной ошибки. — Я не доглядел. Нужно было лучше следить за ним.

— Объяснись, — повторила женщина, уже жестче.

— Хватит, надоели! — вдруг громко взревел Ар и кинулся к стоящему на коленях юноше.

— Вы все… Думаете я идиот?! Думаете я не вижу что здесь происходит?!

Он схватил молодого шурра за рог одной рукой, а другой прижал хладное железо к его горлу. По клинку побежала тонкая струйка крови. Шаман бросился вперед, а вместе с ним и остальные, но Ар, рыча и шипя, как дикое животное, рявкнул:

— Назад! Все!

Шурры отшатнулись. Юноша, изможденный, в шаге от смерти, заплакал. Его лицо исказилось гримасой боли и отчаяния, а вместе с ним, осознавая пропасть, в которую они попали, плакал и шаман.

— Прошу… Отпусти его. Просто отпусти. Не убил там — отпусти здесь, — тихо умолял он, протянув костлявую руку к кардийцу. Тот зарычал, прижал клинок сильнее. — Умоляю тебя. Мы вас не тронем, только… Только отпусти.

— Ты не смеешь обещать ему такое, — зло прошипела Манья. — Это не в твоей власти. И тебя, и твоего отпрыска давно пора живьем закопать!

Страх витал над толпой, окружившей кардийца и его добычу.

Кто-то боялся за себя и за своих близких, кто-то — за свой дом, за Шуррах. Медленно, но верно приходило осознание случившегося. Та сила, которую открыл для себя юноша, была не для них. Нельзя было владеть такой силой, нельзя было давать чужакам о ней знать. И теперь их нельзя было отпускать. Но все же они медлили, никто не решался сделать первый шаг.

— Мам? А чего тут все собрались? — звонко прозвучал девичий голосок Нили.

Манья нервно сглотнула.