Эра цепей

Человек в черном кинулся на него, острие ножа направлено прямо на сердце, но не успел — тлеющий уголек коснулся крохотного отверстия в трубе, порох с грохотом, вышибающим стекла, взорвался внутри, посылая град острых осколков в нападающего. Выстрел был такой силы, что в тело убийцы с огромной дырой в груди отбросило в другой конец комнаты. В ушах ужасно звенело, зрение двоилось.

Кайра медленно подошла к бездыханному телу. Ее пальцы окунулись в свежую, горячую кровь. Она провела ими по деревянной маске своего спасителя, наклонилась к нему, прошептала:

— Вот — твой цвет.

Глава 27: Кес и тетон

— Бесклановым запрещено появляться дома, на Карде, — тихо сказал Кастор, закрепляя на штативе капельницы маленький пузырек с мутной белой жидкостью. — Возможно, в этом причина его слабости.

— Что это такое? — Харита взглянула на жидкость, что побежала по длинной трубочке. — Что ты ему дал?

— Кардийский миам. Очищенный. — честно ответил пьярим, проверяя, нормально ли жидкость поступает стонущему в бреду Ару.

Харита непонимающе взглянула на высокого парня, склонив голову набок. В ее взгляде читалась мысль, которая, возможно, могла спасти или погубить ее. Шумно вздохнув, она все-таки решилась ее высказать:

— Добыча и очистка миама на малых ахеях запрещена, это закон тагацита.

— Знаю, — улыбнулся Кастор. — Но это было вашим решением. Видимо, вы предвидели такой исход.

— Я… Что? — девушка непонимающе мотнула головой, уставившись на юношу, что собрался уходить. — Эй!

— Дам вам немного побыть вдвоем.

Не успела Харита ответить, как пьярим, выскользнув за дверь, тихо закрыл ее за собой, оставив ее наедине с лежащим в постели кардийцем. Его руки к этому моменту были покрыты плохо зажившими следами от инъекций, а лицо было бледным от изнеможения. Организм его устал бороться за жизнь, но и сдаваться отказывался. Бледный миам его родной планеты, растекаясь по кровотоку, слегка успокоил его лихорадку. Дыхание Ара стало более ровным, спокойным, и вскоре даже руки его спокойно легли на постель, уже не дергаясь в конвульсиях, как прежде.

Девушка положила голову на кровать рядом с ним, вздыхая и нервно прикусывая губу. Если Кастор обманул ее, если этот способ не сработает, то она продала свою свободу зазря. Что с ней тогда будет? Неизвестно ведь какой он, этот тагац. Ясно наверняка лишь одно — из его рук ее не вытащит уже никто, ни Ар, ни даже знатные родственники, лишь только стоит ей попасть в его гарем.