Эра цепей

— Ладно, я, Ар… Слушай, — она взволнованно перебирала руками солому, ломая соломинки на множество маленьких частей. — Я боюсь об этом говорить. Там, откуда я родом, меня бы посчитали сумасшедшей за такие слова. А тут… Ну, может и похуже чего выйти.

— Ты о чем? — Ар нахмурился, усаживаясь.

— Я… — снова вздохнула девушка. — Я не Харита из Артанитов. То есть, тело, видимо, так и зовут… Но я-то правда Люба. На языке того места, откуда я родом, это означает Любовь.

— Нет такого языка, — буркнул Ар, решив, что девушка просто пытается наплести ему очередную небылицу.

— Хватит сомневаться во мне! — выкрикнула она на чистом русском, заставив кардийца замереть на месте. — Я не вру! Я Люба, Знаменская Любовь Олеговна, астрофизик! Давай, скажи мне, что это ненастоящий язык.

Он не мог ее видеть, лишь слышать то, как взволнованно дышит она пыльным, теплым воздухом. Мужчина слепо протянул руку, пытаясь найти девушку перед собой, и она мягко обхватила его большую ладонь своей.

— Пожалуйста… Поверь мне, Ар, — поджав губы взмолилась она, чувствуя, как к глазам подступают слезы. — Ты единственный, кому я об этом рассказала.

Он молчал, едва заметно двигая губами, словно разговаривал сам с собой. По выражению его лица, которое он, как кардиец, совершенно не контролировал, нетрудно было прочитать то, что он хочет ей поверить, но сказанное его спутницей звучит слишком невероятно, чтобы быть правдой. Кому понадобилось сажать в тело аристократки какую-то сумасбродную девушку, которая, по ее словам, еще и пришла не из этого мира?

— Меня выгнали потому что я не смог кое-кого защитить.

Не выдержав, Харита бросилась ему на шею, крепко обнимая. Кардиец приобнял ее в ответ, похлопывая по спине, и тихо добавил:

— Но я этого не повторю.

Когда солнце встало достаточно высоко, Харите пришлось оставить слепого кардийца одного. Ей нужно было разобраться с людьми архата, и в этот раз потребуется нечто большее, чем орава доверчивых ребятишек.

— В общем, там, откуда я родом, был один негодяй, — по пути к порту рассказывала она Фальту. — Людей убивал.

— Тагац помилуй, — сплюнул пилот.