Больное зелёное небо. Книга I: Перерождение легенды

Арефей попытался убежать, но не мог оторваться от стены, будто прилип. Глянув вниз, он едва не завопил. Ноги его висели над землёй. И правда прилип.

— А вы, оборванцы, совсем бестолковые.

Арефей резко обернулся на голос, хотя и так узнал его.

— Не понимаете, когда с вами по-хорошему.

Всё тот же мужчина в костюме, сияя рунами, держал руки вытянутыми перед собой да выставленными вперёд ладонями. Потом он резко опустил ладони, и так же резко Арефей и братья рухнули на землю, ушибив спины. И снова будто прилипли.

Из окна, через которое они подглядывали, высунулась учительница.

— Господин глава, что случилось? — Она округлила большие глаза, заметив Арефея и братьев на земле под окном.

— Ничего страшного. Всего лишь какая-то грязная челядь зачем-то решила к нам залезть.

— Ужас! Какой ужас! Какая наглость! Нужно срочно вызывать полицию!

— Уже вызвали. Не переживайте. Продолжайте заниматься с детьми.

Арефей попытался что-нибудь сказать, но даже рта раскрыть не мог. Так и лежал, слушая как вокруг поднимает шум, как доносятся отовсюду голоса, стуки и звуки шаги.

— Где эта полиция?! — прорычал мужчина. — У меня тут уже хаос! Как мне потом всё это успокаивать?!

Вдалеке послышался быстро приближающийся шум сирены.

— Ну, наконец-то! — раздражённо проговорил мужчина.

Полицейские спешно приближали к ним. Их было двое. Один поднял защитный экран на шлеме.

— Почему так долго?! — закричал мужчина.

— Простите, ваше благородие. — коротко ответил полицейский и указал рукой на троицу, прилипшую к земле.

— А вы видите других оборванцев?! Конечно, эти! Живо, хватайте их и везите к боярину Лавимиру Копфу! Пусть сам с ними разбирается. Заодно посмотрит, кого воспитал в своём гадюшнике!

У Арефея внутри всё оборвалось, когда он услышал имя Лавимира Копфа. Имя главы школы челяди.

Глава VI. Быть человеком

Господин глава школы стоял в центре своего просторного кабинета и что-то пил из большой кружки. Но как только господин учитель чуть ли не пинком затолкал в кабинет Арефея и братьев, он сразу же поставил её на стол.

Всех троих выставили перед господином главой. Тот, возвышаясь над ними, в миг покраснел от злости и теперь сжигал их гневным взглядом. Господин учитель встал рядом, он, наоборот, был бледный и казался напуганным.

Арефей опустил голову так низко, как только мог.