Становление пути 2: Академия.

Не спорю, всё было на своих местах, не было большого нагромождения, всё подобрано в тон и под стилистику той или иной комнаты, но всё же на мой взгляд слишком много.

Шли мы по особняку не долго, минут пять, остановившись у больших двухстворчатых дверей. Дарья постучалась и дождавшись приглашения войти, открыла дверь, впуская меня внутрь комнаты.

- Отец, прошу познакомься, Иван Бешенцев, тот самый молодой человек, что спас мою жизнь дважды, - сказала девушка статному мужчине, которому на вид было не более сорока, но седовласые волосы говорили об обратном, а из информации, что я почерпнул из всемирной паутин, этому мужчине было уж пятьдесят шесть лет.

- Доброе утро, Павел Валентинович, рад нашему знакомству, - поклонился я, как того и требует этикет.

- Очень приятно, Иван… - он сделал паузу, что бы я продолжил.

- Просто Иван, я детдомовец, поэтому у меня нет отчества, - ответил я.

- Прости, если огорчил, прошу, проходи, располагайся, - и он указал на мягкие кресла, что стояли напротив его стола, за которым он и восседал.

- Спасибо, - ответил я и последовал его совету, краем глаза заметил, что Дарья не стала идти со мной и садится на второе кресло, а пошла к дивану, которое находилось возле стены. Таким образом, я сидел к ней спиной.

- Иван, как добрались, всё ли хорошо? – учтиво сказал он.

- Павел Валентинович, спасибо за заботу, всё хорошо, - спокойно, даже немного отстранёно, ответил я.

- Вот как, это радует, - улыбнулся он и замолчал, внимательно меня рассматривая, молчал и я. Так продолжилось не более минуты и хозяин кабинета заговорил. – Я тебя немного более взрослым представлял.

- Простите, если не оправдал ваших ожиданий, - склонив голову на бок, ответил я.

- Нет, что ты, - замахал руками Павел Валентинович. – Просто твои деяния представляют тебя эдаким рыцарем.

- Ничего не могу сказать, деяния, как деяния, многие сделали бы так же, - пожал я плечами.

- Возможно, возможно, - задумчиво сказал он. – Но всё же деяние сделано, и оно должно быть вознаграждено. От лица всего рода Вронцевых я благодарю вас за спасение Дарьи и знайте, мы ваши должники, поэтому можете просить что угодно.

От его серьёзного голоса и выражения лица даже меня проняло, казалось, что я у Императора на приёме, а не у графа. Но слова были сказаны и нужно было что-то ответить. Да и его внимательный взгляд говорил об этом.