Навь. Книга 4

Мордовороты на входе с оттопыренными чем-то твердым пиджаками лишь приветливо кивнули Гонсалесу – здесь он был своим, а своих здесь не трогали, не воровали у них бумажники и кредитки, не били морды до и после, а если обслуживали девочки, то только проверенные без блохи и заразы. Сегодня у него была одна из деловых встреч с оптовым покупателем удобрений, у которого была профессиональная мозоль на указательном пальце правой руки, зататуированного вдоль и поперек. И поэтому он не захотел идти на открытую террасу с прекрасным видом на бидонвили Боготы, а углубился в зал, к тому столику, который держали для постоянных клиентов.

- Пару «Агилей», Карменсита, - бросил он подлетевшей официантке (подрабатывающей вечером другим ремеслом). – И пусть никто не беспокоит, ну ты поняла.

- Хорошо, сеньор! – сверкнула прелестная метисочка улыбкой в шестьдесят четыре зуба, и ушла, кокетливо покачивая бедрами, лишь наполовину прикрытыми микроюбочкой. Ведь знает, чертовка, что я смотрю ей вслед, подумал Педро.

Надо будет наведаться к ней вечерком и устроить пару часов латиноамериканской страсти.

- Мое почтение, сеньор Гонсалес, - за столик плюхнулся человек, которого он и ждал.

- И вам не хворать.

Вмиг обернувшаяся Карменсита принесла пару запотевших банок ледяного местного пива. Стервятник на этикетке, казалось, плакал – по стенкам медленно ползли капли, увеличиваясь в размерах.

- Итак? – задал вопрос собеседник.

- Ну вы сразу к делу переходите, - упрекнул его Гонсалес.

– Сначала холодного пивка.

Он открыл банку, издавшую хлопок, и отхлебнул глоток ледяного лагера.

- Ваше здоровье! Вот что мне нужно знать…

Беседа вышла короткой, в результате чего собеседник стал богаче на аж пятьсот долларов САСШ – хорошая сумма для нищей страны – а Гонсалес получил заверения о любви, дружбе и преданности от одного из местных революционеров. Его интересовала информация о недавно приземлившимся самолете, из-за которого местные устроили такой шум. Бой, говорят, был долгий и яростный.

А интересовало его все – местные революционеры не ладят с картелями, они, как и все революционеры во всех странах больные на голову, и если уж что-то себе втемяшат, то пиши пропало. Из Центра поступило задание узнать, что за картель использовал этот самолет, персоналии, груз, места посадки – словом, все что можно узнать в местной мутной криминальной среде. Вот только Центр очень сильно ошибся, подписав резиденту смертный приговор.