Московский доктор 2

— А если я захочу вызвать твоего короля? Сатану? — с ухмылкой спросил я.

— Сатану ты не вызовешь, — фыркнул Ужора. — Только если он сам захочет. Но если согласится, можешь вызывать его, не парься.

— Он мощный?

— Очень, — признался Ужора с лёгким восхищением.

*****

Скоро наступил вечер. Акула была съедена, ребята ушли домой. Мы с Мэри сидели перед палаткой и скучали. Вдали на берегу слышалась музыка.

— Пойдем сходим, выпьем? — предложила Мэри.

Прикинув расстояние до источника шума, я согласился.

— Ужора, Самаэль, сторожите палатку!

Черныша взял с собой, и двинулись в путь.

Полночь. Нижний район Сочи. Старый, как паровой двигатель, и безымянный. Переименовать его никто не решался — вдруг вся атмосфера пропадёт. Район перестраивали сто раз, но имя оставалось.

Дома по бокам — низкие, крыши ржавые. Фонари еле светились, создавая атмосферу полного раздолбайства. А в конце улицы — бар. Здание квадратное, железная дверь, стены — голый бетон, ни намёка на декор.

Но за дверью жизнь была другая. Музыка, свет, тела извиваются, алкоголь льётся рекой.

— Удивляюсь, что ты согласился на это место, — Мэри смотрела в стакан.

— Что тебя так удивляет? Я — всё-таки я, — ухмыльнулся, поправляя воротник.

— Ты ж врач. Мог бы сидеть где-нибудь в баре с пианистом, где алкоголь стоит больше, чем вся эта улица. А тут… вообще не вписываешься. Вон, глянь, вон те замужние дамы уже полчаса на тебя пялятся. Рот не могут закрыть.

Она усмехнулась, глаза её блестели в свете лампы. А я лишь сделал вид, что это всё для меня привычное дело.

— Знаешь, что ещё интереснее? — продолжил я, делая вид, что не заметил тех дам.

— Ещё что?

— Галлюциногенов тут больше, чем в любой аптеке. А сифилис тут популярнее насморка. Это место — просто рай для всяких криминальных типов.

Мэри лишь шире улыбнулась. Её всегда смешила моя наглость.

— Ты точно интереснее тех ментов, с которыми мне приходится работать, — сказала она, отпивая джин.

— Часовые планерки по утрам? Это же пытка, — я вздохнул, представляя эту скуку.

Алкоголь творил чудеса. Три порции — и все вокруг уже обнимаются. А ко мне за этот вечер уже пять или шесть женщин подходили. Они падали на меня, якобы от головокружения. Только я всегда оставался джентльменом. Ну, почти. Даже когда одна прижалась ко мне грудью, аккуратно её оттолкнул.

Вечер продолжался. Мы с Мэри не особо разговаривали. Просто сидели, позволив шуму затопить нас. Всё вокруг становилось всё более хаотичным, люди — всё более пьяными.