Артефактор. Книга первая.

- Отойдём со мной в сторону, - сказал я, кивнув слуге и потащив воровку в небольшой закуток между палатками. Пришлось вынырнуть из ускоренного режима, так как моё нынешнее тело ещё не было готово к таким нагрузкам, и головная боль с головокружением были тому сигналом.

- Рассказывай, кто ты и почему скатилась до воровства, соврёшь или не захочешь рассказывать, мы позовём стражу. Ты же понимаешь, мне, дворянину, поверят без вопросов.

Почти две минуты она смотрела мне в глаза с вызовом, молча, не произнося ни слова, а потом внезапно опустила голову и плечи, как будто из неё вытащили стержень.

- Жизнь такая, вот и пришлось заняться ремеслом. Думаешь, легко живётся простым смертным, не таким, как ты. Хоть ты и увечный, а дворянин, а вот мне приходится добывать себе еду таким способом. Уж лучше воровать, чем пойти в Кибан, - рассказала девушка.

- Кибан? - удивлённо переспросил я, не понимая, о чём идёт речь.

- Улица Красных фонарей, где девушки и не только оказывают различные услуги всем желающим.

- Отчим? А почему ты тогда не уйдёшь из дома?

- Уйти значит потерять право жить в столице. За бродяжничество меня быстро поймают и отправят в приют, а оттуда дорога опять на улицу Красных фонарей. Поэтому лучше так.

- А работать не пробовала? - спросил я, примерно понимая, что она может ответить.

- Работать? Да что ты, гайдзин, знаешь про жизнь в Корё, для вас всегда особые условия, а меня никто даже за пять мун на работу не возьмёт, да и узнав, что девчонка, попробуют затащить в постель.

- Ладно, никого звать не буду, но за тобой долг, и его придётся отработать. Попробуешь сбежать, найду, поверь мне, и тогда ты уже не избежишь наказания. Согласна с долгом? - спросил я.

Минуту поломавшись, девушка неожиданно подняла правую руку, сжатую в кулак, и вытянула мизинец. Я с удивлением уставился на неё, не понимая, что она от меня хочет.

Вздохнув, девушка пояснила,

- Это традиция такая, ты должен сделать также, я пожму твой мизинец и поклянусь тебе, что признаю долг и готова его отработать.

Сжав кулак, я, оттопырив мизинец, обхватил им её мизинец, и девушка произнесла:

- Признаю свой долг перед тобой и клянусь, что буду помогать тебе, пока не отработаю его.

Довольно детский обычай, но раз она так сделала, возможно, такая традиция действительно существует в этой стране.