Наперекор судьбе

Каждый день, каждый час был одинаков, а то, день или ночь за бортом, потеряло всякий смысл. Чувства притупились и ушли куда-то далеко, так далеко, что даже острая боль от удара плетью, не заставила его возмутиться, ибо эта боль была несравнима с душевной болью , терзавшей душу раба.

Проснулись. – Издевательским тоном пробурчал один из духов, будивший рабов ударами плети. – Пришло время ужинать. Жрите и спать. Да не забудьте вознести благодарственные молитвы высшему богу Водару, что милостью своей сделал вас рабами на своём корабле.

Уставившись в одну точку перед собой, Мил смутно осознавал, что несколько светящих летающих сфер вертятся вокруг него и таких же, как он. Одни из них сами прыгали им в рот и тут же тела чувствовали насыщение. Голод уходил безвозвратно. Другие, словно тёплые воды, окутывали тела несчастных, очищая их от грязи рабочего дня. Только эти чудеся, демонстрирующие силу хозяина судна не трогали Мила.

- Куда пялишься?! – Гневно выкрикнул дух и обрушил свою плеть на него.

- Э! Э! Потише! – Прикоснувшись к напарнику, предостерёг второй дух. – Это любимая игрушка нашего господа. Он лично занимается его усмирением.

- И что? Сейчас Водара нет на судне, а значит, тут мы главные и он обязан выполнять наши требования. Положено вкушать божественные дары, опустив взор ниц, так пусть опускает! – Гневно высказался первый охранник, и обрушил на спину несчастного раба, пребывающего в полусознательном состоянии, ещё порцию ударов.

- Глаза в пол! – Услышал Мил, сквозь завесу боли и склонил голову. Склонил не от того, что покорился и принял свою судьбу. Нет. Он просто хотел избавиться от присутствия охраны.В душе же мечтал лишь об одном – сбежать отсюда, куда глаза глядят.

- Вот так то. И посмей мне только вновь, куда-то кроме палубы под ногами взглянуть. Сразу пожалеешь о том, что на свет родился. Я тебе не милосердный Водар. У меня, такие как ты, бунтари, быстро начинают по струнке ходить. – Довольно заявил дух, почувствовав удовлетворение от собственного превосходства. Затем для порядка раздал ещё пару ударов плетью остальным рабам и со счастливым видом удалился.