Граф Лазарев. Том III

— Да что ж мы с ним сделаем, барин? — удивился тот. — Оно ж разбито. За новым окном в город ехать надо, у нас их дома нетуть.

— Значит, завтра утром и поедете. И лучше бы вам сделать это как можно быстрее, не дожидаясь, пока о происшествии узнают Лидия и Дарья. А то они заставят тебя три часа выбирать оттенок рамы.

Оценив предстоящие перспективы, слуга кивнул и быстро исчез с глаз долой. Надеюсь, он пошел расталкивать еще кого-нибудь, а не спать.

Надо куда-нибудь временно определить Лазаря. Вот только куда?

Пока я раздумывал, стоя посреди коридора, снизу на лестнице послышались шаги.

— Вы на улицу его несете? — с надеждой спросил дворецкий. — И правильно, барин, давно пора!

— На какую еще улицу? — возмутился я. — Лазарь просто переезжает в другую комнату.

— Барин, это ж разве можно? В доме держать такое чудище! В лес бы выкинули, да и дело с концом.

— Я не могу так поступить с дикими животными. После общения с оборотнями я стал очень трепетно относиться к живой природе, — заявил я. — И вообще, не понимаю всеобщего негатива по отношению к этому милому созданию. Лазарь безобиден и кроток, как ягненок, правда, Лазарь?

Лазарь в ответ обнажил перепачканные красным здоровенные зубы. Дворецкий осенил себя крестным знаменем и быстро скрылся где-то внизу.

— Кстати, как там наш ремонт? — осведомился я у Игоря.

— Практически закончился. По крайней мере, почти всю мебель твои женщины поменяли, и стук молотка здесь стал слышаться значительно реже. Тебе повезло, ты пропустил все самое страшное, развлекаясь на службе у Императора.

— Ну вообще-то меня во время этого развлечения пытались убить раз пять, — парировал я. Потом вспомнил все радости ремонта. — Хотя, возможно, в чем-то ты и прав. Кстати, я смотрю, ты уже вернулся от дядюшки.

— Знаешь, он оказался намного более приятным человеком, чем кажется на первый взгляд, — удивил меня Игорь. — А его кухарка так хорошо готовит!

Только тут я заметил, что тощий кузен за время моего отсутствия немного округлился. В его случае это означало, что Игорь перестал быть похожим на имеющий непосредственное отношение к его ремеслу скелет и стал напоминать нормального в меру худого молодого человека.