Геммы: Сингония

Мушкет оттягивал плечо, мешая двигать лопатками, но на тренировках он вытворял и не такое. Ветер швырял ему мелкий снег в лицо, но холодно уже не было — гонка разогрела тело изнутри. Другие геммы уже ждут его, и времени до приказа все меньше. Илай забрал немного западнее, соскользнув по глиняно-черепичному скату и затормозив у желоба водостока. Впереди — порт со вставшими на якорь бригантинами, чьи мачты возвышались над тонущим в серой дымке кварталом рыбьими остовами. Туда-то ему и дорога.

Еще одна крыша, другая. Вниз летят обломки черепицы и пустые птичьи гнезда.

Наконец, он остановился, придержавшись рукой за печную трубу, и снова вгляделся в даль — в тридцати метрах от него мелькнул вечно растрепанный пучок Дианы — младшей сестры в их отряде. Со спины не видно, да он и так знает, что за толстыми линзами ее окуляров скрываются глаза цвета глубокой зелени, какие и положено иметь малахиту. Диана уже переоделась в форменный мундир сыскного ведомства, но выглядела в нем так, будто втихаря напялила чужую одежду.

Нахохлившись и положив покрасневшие пальцы на рукоять короткого клинка, она всем телом подалась вперед, готовая в любой миг сорваться с места.

Чуть ближе к наблюдательному пункту Илая, в тени груженой сеном телеги притаилась Норма. Илай знал, что такие развлечения ей не по душе — Норма всегда хуже всех справлялась с тренировками, промахивалась даже по неподвижным мишеням и пользовалась особым нерасположением их общего наставника по атлетике, то и дело отрабатывая штрафы.

Норма заметила Илая первой, сверкнув своими лазуритами.

«Я пришел, — шепнул он Норме. — Каков план?»

Ее взгляд несколько смягчился, хоть радужки все так же обжигали синим льдом.

«Преступники внутри здания. Лестер на позиции. Полицмейстер отдаст приказ — и он ворвется. Мы пресекаем попытки к бегству», — бесцветно отрапортовала она. Только одна Норма и понимала, как именно стоит общаться с носителем неслышного голоса, каким был Илай, — отсекать все охи и вздохи, доносить только то, что нужно, короткими мысленными фразами, чтобы не отвлекать.

Впрочем, это не удивительно, ведь ее талант тоже касался чужих разумов, но иначе.

«Значит, засада, — сориентировался Илай и переключился на невидимого с его позиции Лестера: — Лес!»

«Здаров, братишка! — тут же заорал тот.