Геммы: Сингония

Для нас будет честью служить под вашим началом, — оттарабанил он и прищелкнул каблуками ботфорт. Когти выскочили снова, но Илай не подал виду, что опростоволосился.

У дальней стены в рядок, точно мешки с мукой, усаживали злоумышленников. Лес уже крутился поблизости и заводил знакомства с новыми сослуживцами. Диана и Норма приступили к обыску ящиков в поисках выживших ящериц, так что отдуваться перед начальством выпало Илаю. Но это ничего, ему это еще пригодится в будущем, когда Михаэль заберет его ко двору, как и обещал.

И потом — никто из геммов так не владеет искусством разговоров, как носитель неслышного голоса.

Тон был подобран верно, так что полицмейстер расплылся в довольной улыбке:

— Вольно. Ты, получается, за главного среди… ваших? — На последнем слове в его голосе пробрезжило нечто… Настороженность? Отвращение?

— Не совсем, — потупился Илай, выражая приличествующую случаю скромность. — Мой талант — координировать действия группы, обращаясь к каждому мысленно. Вы, должно быть, тоже это ощутили.

— Да, наслышан, — полицмейстер задумчиво огладил пышные усы. — Выходит, ты можешь забраться ко мне в голову и что-то нашептать, внушить? — прищурился он.

Илай подавил желание непочтительно прищелкнуть языком. Что за дремучесть! Впрочем, раньше геммы не работали бок о бок с государственными служащими, кроме высшего эшелона власти и военных, так что он терпеливо объяснил:

— Ни в коем случае, господин полицмейстер. Я ничего никому не могу внушать. Только обмен сведениями, причем исключительно с вашего на то согласия.

Мои таланты служат правому делу и во славу Святых Серафимов, — отчеканил он, как ему показалось, браво, но, когда полицмейстер с облегчением выдохнул, не удержался от уточнения: — Но если в нашем присутствии кто-то солжет, Норма — он указал на сестру, — об этом тут же узнает.

Полицмейстер замер на мгновение, а потом расхохотался, уперев руки в бока:

— Да знаю я, знаю! Диана выследит мерзавца, где бы он ни скрывался, а этот ухарь Лестер надерет тому задницу голыми руками.

Я читал ваши личные дела, разумеется, — ухмыльнулся он в ошеломленное лицо Илая, — но мне было важно услышать, что и как ты скажешь, кадет Илай.

Хорошо, что никто не знает о его крайне неуспешных попытках внушить Хранителю Архива желание уснуть, напев тому в ухо неслышную колыбельную! Позор, да и только.

— Рад слышать, господин полицмейстер. Должен сказать, сейчас крайне важно отыскать хотя бы часть ящериц, что еще не успели околеть.