Последний русич

Кусок надкушенного мной гриба от такого издевательства, выстрелил через стол, повиснув в бороде лекаря. — В походе не до того будет. Там и придёт в себя. Ты ешь, Алёша, ешь и никого не слушай. Это перед боем наедаться вредно. Коли брюхо вспорют, то считай, покойник. Только кишки успевай собирать.

За столом грянул дружный смех, а у меня кусок застрял в горле. Чёрт, неужели это всё реально и мне действительно придётся убивать настоящих людей? В том, чтоэти люди попытаются убить меня -я нисколько не сомневался, а вот что при этом буду делать я — большой вопрос.

Тяжёлые мысли отбили мне аппетит, но ненадолго. Минут пять я слушал застольные речи, а потом снова начал есть. Правда, значительно медленнее. Первый голод уже прошёл, и я стал более придирчиво выбирать наиболее привлекательные блюда.

Ровно до тех пор, когда в пиршественный зал, как орда безумных степняков, не ворвались запахи горячей еды. Новая вереница слуг притащила несколько видов каш, жаркое из утки, фаршированных яблоками диких гусей, пару зайцев и блюда с тушёными овощами.

Никита первым протянул руку к румяной гусиной ноге и, обжигаясь и шипя ругательства, вырвал её с корнем. Над нежнейшим мясом поднялось облако пара, а запах ударил по мозгам, как гидравлический молот. Организм спешно начал подготовку дополнительных резервуаров для еды, раздвигая внутренние органы и судорожно трамбуя уже съеденное.

Я с новыми силами накинулся на еду и остановился только тогда, когда почти не мог дышать.

И только спустя час, когда всё многообразие княжеского стола пудовой гирей упало в желудок, я осознал всю глубину своей ошибки и неприязненно покосился на предателей, восседавших с двух сторон от меня.

Яромир с Никитой заметно оживились и разом обернулись к распахнутым дверям. Запахи твердили, что я пропускаю что-то очень важное, и вынуждали меня повернуться следом за соседями. И я даже попытался это сделать, правда, поворачиваться пришлось всем телом.

— Вот подстава, — с грустью глядя на раскрасневшихся слуг, пробормотал я. Парни с натугой тащили огромные блюда с исходившим ароматным паром грузом.

В ход пошла дичь покрупнее.