Лев Грабитель

«А этот явно любит закладывать за воротник», - подумал я, когда глаза старика в блестящем пиджаке закрылись, а изо рта донеслась глубокая мелодия сна.

Впрочем, я тоже ощутил, что хочу спать. Длинная меня стойко поддержала и не осудила, когда я, пытаясь удержаться от паденя, случайно схватился за ее выпуклые части тела, нескрываемые полупрозрачным платьем. Или просто ничего не говорила.

В глаза стремительно потемнело из-за того, что они неконтролируемо закрылись. Стало тепло и приятно. В таких ситуациях я обычно думаю: «Хоть бы не обоссаться», но сейчас мне абсолютно все равно.

Может, и хорошо, если испачкаю им диван, ковры и моя моча притаится между мраморных плиток пола, чтобы вонять оттуда.

Чувствую, как что-то подхватило меня очень бережно и понесло. Странно, но никакого давления не ощущается в том числе снизу. Я будто плыву и лечу одновременно. А потом оказываюсь на чем-то мягком, как большой комок воздушной ваты.

Последнее, что я чувствую прежде, чем засну – волна. Очищающий и мощный поток воды, менее плотной, чем обычная.

А потом провал в сон.

Глава 5 На воздушном шарике

Меня разбудил стон. Жаркий, горячий, тягучий. Кто-то очень страстно занимался непотребствами за стеной. С женщиной. Я не хотел этого слышать. Увидеть было бы интересно.

Я разлепил глаза, руками помогая отекшим векам. Помассировал брови ладонями и вроде смотреть стало легче. Первым я увидел балдахин. Натянутая надо мной и немного прогнувшаяся под собственной массой плоскость ткани – шелка или атласа.

Тело утопает в перине. Мягкой, как сметана. По бокам стоят тумбочки. Одна с часами, вторая – с графином прозрачного рассола. Я понял что это рассол по плавающей жопке огурца в районе дна сосуда.

Голова на месте. И даже не болит.

Стоны за стеной усиливаются, некто вколачивает партнершу так, что она врезается макушкой в стену и едва не ломает ею кирпичи. Вспоминаю вчерашний день. Длинная, мудраки, странные имена и отчества. Мутная история, без внятных подробностей. Что-то о том, как я вернусь домой.

Но кто же мне скажет правду? Только самому и узнавать.

В голове крутятся слова Фифи об эксплуатации и прочем. «Как же я попал, - сказал себе в уме, - не зря меня тут так разводят. Ох, не зря».

Сел на кровати и выпил рассол. Наконец, обратил внимание на свое тело. На мне надета пижама. От меня не воняет. «Жизнь налаживается», - подумал, глядя на напольную стойку. Меня ожидала одежда. Не такая, к какой я привык, но и не мешковина, как у караванщиков.