ГРИДЕНЬ: Ратная школа

Молчан слегка зарделся от моего внимания, но вскоре совладал с эмоциями и вновь зачесал языком.

– Да хорошо мне живётся, почти как дома. И одевают, и обувают, и кормят вкусно, а что работать иногда приходится так я и у себя в деревне баклуши не бил. А девки здесь какие одно загляденья я таких только во сне и видал. Вот бы с ними на недельку-другую да на сеновал…

– Поверь, ты себя переоцениваешь, – не смог я сдержать улыбки.

– Пере…чего? Неужто не веришь в силу мою мужскую? – насупился Молчан.

– И в мыслях не было, ты этом деле богатырь, спору нет.

– То-то же. Так на чём я остановился?

– Про посвящение хотел рассказать.

– Да там и рассказывать-то толком не о чем. Спустились мы значится под землю, а там капище. Ну и волхв тамошний водицы светящейся дал нам испробовать. А дальше травами нас окурил, наговор какой-то спел да отпустил восвояси.

– Наговор? Что за наговор такой? – насторожился я.

– Да не ведаю я, у меня тот день весь как в тумане липком. Пытаюсь вспомнить, что там волхв напевал и голова сразу свинцом наливается, ни одного словечка припомнить не могу.

Интересно девки пляшут, надо бы у сварожичей из моего призыва поспрашивать было ли у них нечто подобное. Но что-то мне подсказывает, что ответ будет отрицательным. Вот и ещё одна тайна на горизонте замаячила. Не Ратная школа, а какой-то форт Боярд, только карликов для полного счастья и не хватает.

– Ладно, не мучай голову, расскажи лучше про силу новообретённую.

– Ох и трудно это описать людским языком. В моей голове будто ледышка поселилась.

Холодненькая такая, приятная, но это до только до поры до времени. Стоит мне свой мысленный взор на неё перевести, как голову будто льдом сковывает и тогда начинаю я на мир по-иному глядеть, словно через пелену какую. И ежели я так гляну на животину любую, то начинает она чуять желания мои, а если надавлю, то и приказы станет исполнять. Правда, от приказов в голове теплеет, а вместе с теплом и боль неприятная приходит.

– Ясно, стало быть, ты теперь живностью всякой повелеваешь?

– Ага.

– А другим человеком можешь? – задал я очередной вопрос и тут же об этом пожалел.

Глаза мальчишки внезапно затуманились, словно впал он в размышления глубокие. Впрочем, длилась эта странность всего мгновение, а затем Молчан с какой-то необъяснимой злобой произнёс:

– Дурной что ли, разве ж человек – это животное какое?!

"Это ещё что за херня такая?!" – от столь резкой отповеди я опешил. Ну ещё бы, где это видано, чтобы у человека так настроение менялось.