ГРИДЕНЬ: Ратная школа

***

– Ну и смердит от тебя, неужто подтереться как следует не мог? – в который уже раз пробурчал Ждан.

– Да вот сапоги измазал, – я показательно шаркнул изгвазданной в дерьме подошвой о травку.

– А пасёт так, будто в чане с говном искупался, – продолжил ворчать дружинник. – Вон и нелюди уже нос от тебя воротят да подальше отходят.

Волколаки и впрямь старались держаться на расстоянии, да и взглядами стали реже меня сверлить. Видать, даже морды свои волчьи опасалась в мою сторону поворачивать, дабы лишней вони носами чуткими не хапнуть.

– Так и ты отходи, я ж не сбегу, поди не ворог полонённый.

Да и бежать тут особо некуда. Слева холм, поросший колючим шиповником, справа крутой спуск, на котором можно и шею свернуть, а под ногами проторённая тропинка. Наконец-то мы на неё вернулись и часа не прошло.

– Слушай Ждан, нам же долго ещё топать?

– Где-то с час до места оговорённого, а потом по той горной тропе ещё около пяти до самой заставы.

– Ну раз времени у нас столько в запасе, может расскажешь чего?

– Ты что во мне скомороха увидел?! – возмутился дружинник.

– Даже и не помышлял о таком, просто о Войтехе Мертвоголове хотел побольше разузнать. Мы ж к нему направляемся.

– Вот так и говори, – грозно глянул на меня велесит, но после всё же сменил гнев на милость. – Да там и рассказывать-то особо нечего. То, что Войтех сварожич ты поди и без меня знаешь и про оружие его наверняка наслышан. И о том, что он Длань Сварога тебе должно быть известно, а вот знаешь ли ты, что он из тех первых?

– “Первых”?

– Ну да первых Дланей, с которых всё и началось.

Было их пятеро кровных побратимов: Людота Коваль ныне покойный – знатный оружейник был каких поискать. Велиград Кремль – сварожич с мерой безмерной. Баламут Зарево – взрывных дел мастер. Крив Пушкарь – отец башен орудийных. Ну и Войтех Мертвоголов – смрадного газа приручитель. Поговаривают правда, что побратимов тех шестеро было, но то враки обычные да домыслы людские.

– И кто ж по слухам шестым был?

– Так тёзка твой – Стоум по прозвищу Искусник.

Вот только, за что его так величают мне неведомо, об этом людская молва умалчивает.

***

– Вот та тропа, – Ждан указал на извилистую дорожку, что узенькой лентой огибала скальный массив.

Добирались мы до неё долго, добрых два часа вместо одного оговорённого. Солнце уже и за горизонтом скрыться успело , а вот луна ещё и не думала показываться.

– Шагов через двадцать будет тот самый участок, – понизил голос Ждан.