Курьерская служба

К машине резво подбежал пожилой мужчина, имя которого мне Сид уже напомнил по дороге. Это был Фёдор Илларионович, наш дворецкий, знакомый мне с детства. По совместительству дворник, сантехник, садовник и много кто ещё. С короткой, но ухоженной бородкой, наколкой в форме якоря на предплечье.

— Здравствуйте, сударь, добро пожаловать домой, — сказал он с хорошо поставленным московским акцентом и принялся помогать таксисту вытаскивать из багажника сумки. — Отчего же вы не позвонили, я бы встретил в аэропорту, машина свободная, барыня не выезжала в город.

— Фёдор Илларионович! Рад вас видеть. Мать дома, получается?

Дворецкий немного настороженно глянул на меня, видимо, заметив изменение.

— Дома. Ждёт вас к ужину.

Маман сидела в гостиной и принимала высокую молодую женщину в узком коктейльном платье, которая листала альбом с работами. От женщины исходила странная, немного чарующая аура, она взмахнула ресницами, коротко и томно посмотрела на меня. В голове прозвенел тихий голосок: «Какой милый сын... я думала, он моложе, а он в самом соку.

..»

Подобное чувство я испытал тогда, во время аварии, когда мимо прошла девушка, заглянувшая мне в душу. Теперь я знал чуть больше и понимал, что это не голоса в моей голове, а мощная телепатия, что эта женщина специально транслировала мои мысли в голову. Но всё продлилось лишь доли секунды, дама отвернулась и продолжила диалог с моей родительницей.

Честно говоря, я не ожидал, что в этой реальности моя маман будет столь дородной. Завидев меня, она достаточно холодно кивнула и сделала характерный взмах рукой в сторону комнат — мол, не видишь, я занята.

Вокруг длинного стола уже крутилась, расставляя приборы, кухарка. Я вспомнил — Эльвира, тридцать с небольшим лет, с достаточно хорошей, спортивной фигурой, которую мой предшественник, наверняка, в силу возраста ещё не успел оценить и воспринять. Внешность портило, разве что, только лёгкое косоглазие и короткая причёска, которая ей совсем не шла.

Сид быстро провёл экскурсию по дому. Первым делом я заглянул на второй этаж, в свою спальню.

Все стены были оклеены постерами с анимационными девочками, на шкафах пылились какие-то игрушки, с которыми девятнадцатилетний парень так и не расстался. В душе при взгляде на всё это что-то шевельнулось, но сентиментальничать я вовсе не собирался.

Сид порылся в пакетах и выудил рихнер, резво прикрутил к проводам экрана и клавиатуре, стоящим на столике.

— Тут гардеробная, дальше игровая.

Игровая комната оказалась не меньше спальни.