Курьерская служба

Одна из Ветвей, тонкая, начинающаяся с самого нижнего края ствола и оплетающая тот до верха, загорелась красным.

— Ветвь нужно подрезать? — догадался я. — Почему на этот раз?

— Магия. Парша, от которой ткань пространства гниёт и которая может перекинуться на другие Ветви. Пока ещё не подтверждено, но все признаки налицо. А там, где магическая гниль — там пересечения с Ветвями соседних чужих Древ. Ты знаешь, ты уже повидал такое.

Чужие Древа — малоизученные параллельные временные линии с инопланетными расами и чудовищами.

Я поёжился. Работать с магическими Ветвями реальности мне приходилось всего пару раз. И именно в один из них я и провалил задание.

— В этот пучок Ветвей ещë не ходили ни Секаторы, ни лифтёры. Ты понимаешь, какие риски у твоей операции?

— Понимаю, — кивнул я. — На этот раз я не подведу, Верховный.

— Я верю. Ты сможешь. Ты поймёшь, как. Ты найдёшь, кто враг и кого следует уничтожить. Иди.

Снова кивнул и заковылял к выходу. Бетонная арка раскрыла свою пасть в коридор, который вился по спирали всё дальше и дальше вниз мимо сотен разноцветных дверей.

Вначале коридора — новые двери, ажурные, из неведомого материала. Наверху табличка: «2105 год». Я мог возродиться в Бункере в разное время, но воля Верховного Секатора поместила меня в этот момент. Ко времени, когда него появились информация о Ветви и новое задание. И только сейчас я понял, что моему телу уже больше века.

Скорей бы избавиться от него. Мне ещё рано на покой.

Я шёл мимо бесконечных дверей с уменьшающимися числами. Лифты.

Шахты, каждая из которых ведёт в одну из изученных и сохраненных реальностей. Это средства оперативной разведки и диагностики: через них можно посмотреть, всё ли хорошо и стоит ли продолжать выращивать Ветвь. Растущих — десятки тысяч против миллиона Ветвей, которые мы отсекли.

Напротив дверей начала XXI века в лифтовом холле начали встречаться мои коллеги. На грубых скамьях за столами сидели лифтёры: молодые люди тридцати-тридцати пяти лет. Дольше из них редко кто проживал. Они принадлежали к низшей касте в Бункере.

Инспекторы, разведчики, исполнители коротких опасных миссий — пушечное мясо. Они жили свои короткие жизни и возвращались в Бункер в реальном времени.

Все лица казались незнакомыми. Некоторые из них играли в неизвестную мне настолку, кто-то курил, другие сидели с книгами и диковинными гаджетами, принесёнными из самых молодых миров, крутили перед носом разноцветные голограммы. Завидев меня, все прекратили разговоры, наступила гробовая тишина.