Я стану Императором. Книга II

— Ты действительно услышала только моё последнее предложение? — я аккуратно отрезал себе очередной кусок сосиски, стараясь не поднимать глаза на прекрасное зрелище юной девичьей груди.

Странное чувство, несмотря на своё простое происхождение, я никогда не испытывал недостатка в сексе. Как я говорил, я был отлично сложен и всегда выглядел гораздо старше. Так что отбоя от девушек, готовых прыгнуть в мою постель у меня не было. Тем страннее, в первую очередь для самого меня, выглядела эта моя реакция на девушку.

— Я всё прекрасно услышала, Ноунейм! — рассмеялась девушка, откидываясь на спинку стула. — И эту хрень про простолюдинов тоже. Ты неисправим, Антон, пожри тебя Хаос!

— Она сейчас вернется, и ты перед ней извинишься! — указал я на Варвару вилкой.

— Да я лучше сдохну! — яростно выдохнула Инесса.

— Дверь вон там! — я еще раз указал на дверь.

— Ну ты и козёл! — девушка вскочила. — Всего тебе недоброго!

Она попыталась выскочить из-за стола, но я успел схватить её за руку.

— Сядь! — кинул я.

— А не пойти ли тебе, к Хаосу? — прошипела рассерженная блондинка.

— Сядь, пожалуйста!

Она всё-таки села. Я вздохнул. Похоже, я перегнул палку. В Линиях отношения к простолюдинам не сильно отличалось от их отношения к животным. А во влиятельных и уважаемых Линиях, таких как Линия Аренберг и вовсе к простым людям относились как к скоту. Чего говорить, если её родственник, покойный барон фон Шагер, десятилетиями командуя полком так и не научился убирать брезгливое выражение с лица при общении с солдатами.

Зато, я постепенно нащупываю её границы. Я не знаю, для чего мне это. Спишу пока на любопытство. Опять же, поиздеваться над Одарённой — это весьма... гхм... забавно.

— Я за тебя извинюсь, — кивнул я, видя, как брезгливо наморщила она носик. — Один раз. Но, если это повториться — ты уйдёшь. Не надо так, Инесса!

Я подал знак Варваре, подзывая её к столику.

— Вы определились?

— Извини Варя, за мою подружку! — я кивнул на пышущую праведным гневом Инессу. — Природа, по воле Императора, одарила мою спутницу красотой, а вот с умом у неё вышло не так хорошо!

Фон Таубе открыла рот, чтобы возмутиться, но я, неожиданно даже для самого себя, перегнулся через стол и прикрыл её пухлые губки своим указательным пальцем.