Даже Смерть знает мое имя

— Повеселились? — приподнял я бровь, окинув насмешливым взглядом и простолюдинов, и студентов. — А теперь все садитесь вон в тот милый броневичок. Водитель нам уже машет.

— И трофеи наши уже погрузили, — радостно поддакнул Григорий, с чьих губ не сходила ликующая улыбка. — Нам сегодня прям везёт: и с прорывом, и с тем, что сюда приехал именно барон Вербов. Он хороший человек. Наверняка с конечной суммой не обманет.

— А чего он в приёмке-то не сидит? — спросила Анна.

— Сборщики со своими командами приезжают к крупным прорывам, — объяснил Смуглый.

— Но жалко всё равно отдавать ему драконью чешую. Из неё бы получились замечательные доспехи, — досадливо пролепетал бледный Жорка, почесав острый нос трясущимся от волнения пальцем. Он будто до сих пор не верил в то, что битва закончилась благополучно. Однако и Рябой с Бульдогом тоже постоянно оглядывались, словно страшились, что откуда-то выскочит очередной демон.

— Производство таких доспехов стоит дорого, да и делать их будут долго. К тому же за такие доспехи, Георгий, тебя убьют серьёзные дядьки, — усмехнулся я и двинулся к броневичку.

— Не думаю, — смутился парень, опустив голову.

— Вот и правильно. Всё сделал сударь Ратников, а мы лишь помогли немного, — заявил Григорий и следом за мной влез в автомобиль.

Внутри уже сидели охотники и красовались мешки с трофеями. Под последними образовалась красная лужа. А воздух успел пропахнуть кровью, да так густо, что аж с трудом проникал в рот и ноздри.

— Поехали! — повелительно бросил я водителю и уселся на одно из двух свободных мест. Второе досталось измождённой Анне, буквально рухнувшей на него.

А вот Чернову, некроманту и простолюдинам пришлось стоять, пригнув головы. Но путь тут был близким, так что уже совсем скоро мы все покинули броневичок, оказавшись на улице, где пели птички, приветливо махали ветками вишни и пахло травой.

— Рассвет, — оживлённо проговорил Григорий, глянув на горизонт, заполыхавший алым.

— Всего через несколько часов в университет надо идти, — подал голос повеселевший Жорка и добавил, явно вдохновлённый неумным желанием поскорее похвастаться своими подвигами перед одногруппниками: — Но я всё равно сегодня пойду на учёбу.

— И я, — устало мяукнула Коломейцева, кокетливо приглаживая растрепавшиеся волосы и украдкой бросая на меня восторженные взгляды.