Волков. Гимназия №6

Забытое ощущение сложно было назвать неприятным, но когда ужин, наконец, завершился, я испытал самое настоящее облегчение. И тут же смылся на лестницу вслед за хозяином, который отправился покурить.

– Владимир?.. Прикрой дверь – дым в квартиру идет.

Дядька Степан сам толкнул тяжелую створку, уселся на подоконник и, отодвинувшись, принялся сосредоточенно тянуть папиросу. И явно ничуть не обрадовался моему появлению рядом – скорее наоборот. И даже его обычная словоохотливость исчезла, будто за ужином случилось что-то нехорошее.

И я уже успел было подумать, что он заметил, как мы с Марьей переглядываемся – но дело оказалось вовсе не в этом.

– Послушай, Владимир… Дело у меня к тебе есть. – Дядька Степан нахмурился и на мгновение смолк. Будто изрядно сомневался, стоит ли вообще говорить дальше – но все-таки продолжил: – Помощь твоя бы пригодилась.

– Всегда пожалуйста, дядь Степан. – Я пожал плечами. – Чем смогу, как говорится.

– Вот ты как раз и сможешь. Тут человек крепкий нужен, и с умом. Я уж, грешным делом, думал Лешку просить – но рано ему по ночам бродить, мал еще.

– Дядька Степан улыбнулся в прокуренные усы. – Вот я и подумал – может, не случайно мне тебя бог послал. Если уж ты одной саблей с Жабой управился – то и здесь не подведешь.

– Здесь? – переспросил я. – Мне бы поточнее…

– Упырь у нас в околотке завелся, Владимир, – вздохнул дядька Степан. – И надо бы его прибить, покуда дел не натворил.

Глава 15

– Упырь?

– Ага. Образина та еще: примерно с человека ростом, две руки, две ноги и голова.

Только зубы, как пила, и пасть здоровая, на всю морду. – Дядька Степан провел себе пальцем по лицу от уха до уха. – Ну, будто ты не видел, Владимир – тварь то не редкая в наше время.

Не видел. Упырь мне действительно еще не попадался – по вполне понятным причинам. Впрочем, описание оказалось более чем доходчивым: я без особого труда представил себе что-то вроде зомби из фильмов ужасов – только пострашнее. Не оживший труп, а создание, лишь по странному стечению обстоятельств внешне напоминающее человека.

Злобное, зубастое, непременно хищное… но, похоже, не самое опасное – по местным меркам. Если уж дядька Степан говорил о нем, как о чем-то обыденном – будто отстреливал таких гостей из Прорывов чуть ли не каждый день.

А может, и правда отстреливал.

– Наверное, с Жабой пролез на кладбище – и оттуда на улицу. Его утром дворник в соседнем дворе видел – если не врет, – продолжил дядька Степан. – Говорит – хрипел кто-то в темноте, потом удрал.