Волков. Гимназия №6

На лестнице раздались тяжелые шаги, и я запоздало подумал, что надо было встретить гостей внизу, а не ждать, пока они натащат в дом грязи. Или хотя бы усесться за стол. Или…

Ничего не успел – когда дверь распахнулась, я так и стоял посреди кабинета с недопитой чашкой кофе в руках.

– Здравствуйте, Илья Иванович.

– Ну здравствуй, Сережа. – Шеф огляделся по сторонам. – Вижу, обжился уже… Обставился.

Дурацкое начало. Для любого разговора – и уже тем более для серьезного. Дорога от Москвы до моей глуши занимает часа полтора, не меньше – даже если гнать.

И до чего же ему было неуютно… и неудобно – и в ситуации, и в кабинете, и даже в собственном костюме. Впрочем, в этом я его как раз понимал: за неполную сотню лет вполне можно научиться носить двойку или тройку и правильно подбирать рубашку, галстук и даже носки, но вот привыкнуть – вряд ли.

Чужое оно для нас, и своим не будет – видимо, уже никогда. Шеф давно стригся в модных московских салонах, брился чуть ли не до зеркального блеска и всячески пытался подчеркнуть собственную современность – иногда даже удачно. Но стоило чему-то пойти не так – и весь напускной лоск последних десятилетий тут же слетал с него, как шелуха.

Когда шеф принялся теребить ворот, я не выдержал и все-таки пришел на помощь.

– Давайте сразу к делу, Илья Иванович.

Шеф недобро зыркнул из-под кустистых бровей, но ответил спокойно, без злобы – видимо, уже сообразил, что шила в мешке не утаишь – даже до того самого момента, как все равно придется достать его наружу и совместными усилиями сообразить, что тут можно сделать.

Если вообще можно.

– Насколько… Настолько, Сережа, – вздохнул он. – Ты будто новости не смотришь.

– Даже соцсети читаю, Илья Иванович. – Я попытался сострить, но вышло, похоже, так себе.

– Если конкретнее – самолеты уже в воздухе. Время подлета до границы – сорок пять минут.

Выходит, кофемашина-то не зря…

На мгновение проняло даже меня – так, все внутренности скрутило узлом, а небо где-то высоко над крышей чуть ли не в прямом смысле сжалось в овчинку – да и так и застыло намертво. Ослепительно-синим ломтиком привычного бытия, которому осталось всего ничего.

Сорок пять минут.