Пси-ON. Книга II

Я был жаден до всего, что меня хоть сколь-нибудь интересовало, и стремился заполучить это как можно скорее. Если необходимо – любой ценой. Поведение нездоровое, соглашусь, но такой уж я есть. – И с каждым новым днём я всё меньше понимаю, в каком направлении мне двигаться. Наставник хочет видеть во мне боевую единицу, желательно бессмертную; вы вот телепата великого разглядели, без пощады поливая мой могучий разум комплиментами; а я сам хочу объять всё и сразу, что, в общем-то, возможно, но встаёт вопрос об эффективности такого подхода…

– Я не засыпала никого комплиментами! – Вскинулась комиссар, попутно покраснев.

Легко. Ну да, очень легко, чего уж тут говорить. Это сейчас. Но знала бы она, какую цену я заплатил… К счастью, она не знает. Никто не знает. И не узнает. Никогда.

Особенно если я буду держать эмоции под контролем, и даже в малой мере не пыхать ими, как сейчас.

– Мне не с чем сравнивать. В оценке своих возможностей я могу полагаться только на то, что вижу, и то, что мне говорят. И «это невероятно!» несёт в себе до смешного мало информации. – Я хотел статистику. Данные, которые едва ли можно найти в открытом доступе. Но если у кого-то они и должны были быть, то у комиссара или её комитета по управлению псионами высокого класса опасности. Как-то же они определяют, кто опасен, а на кого можно и закрыть глаза? – Не знаю, существуют ли какие-то картотеки с подробным описанием возможностей тех или иных псионов, можно даже мёртвых, но доступ к ним многое бы мне дал.

В первую очередь я бы обрёл возможность перераспределить приоритеты с учётом реальности, а не заключений других людей или картинки в моей же голове. Последняя может в значительной мере являться надуманным бредом, а людям свойственно ошибаться: спешка, необычность ситуации, неверные выводы…

А расхлёбывать потом мне, так что самое заинтересованное лицо тут тоже я.

– Я поняла, чего ты хочешь, но ответить тебе сейчас не смогу. – Белёвская нахмурилась, а я уловил исходящие от неё нотки растерянности… и опасения? Впрочем, последнее быстро растворилось, так, что впору было списывать всё на особенности женских разумов. – У меня не так уж и много возможностей, как тебе может казаться.

– Или вы так считаете, госпожа комиссар. – Я интонацией выделил последнее слово.