Пси-ON. Книга II

– Когда ты сам по себе по ценности на поле боя сравним с армией, батальном или хотя бы дивизией, ленность и слабость – непозволительная роскошь…

Литке-младший, – тот, который Фёдор, – в это время практиковался в удержании контроля, сопротивляясь нашим, – по большей части Литке-старшего, – уколам, направленным на разрушение его плазменной сферы. Он сделал выводы из нашего столкновения, и уже пару дней так точно занимался развитием способности противостоять чужой воле. Получалось… ну, не плохо так точно, ведь Георгий в противном случае просто так с брата бы не слез.

Его стремление к совершенству даже меня пробрало, а ведь мы общались всего – ничего, да и начали с откровенно паршивого знакомства.

– Мне ещё только предстоит пройти этот путь. – Сказал я, невольно сравнив свою физическую форму с таковой у Литке-старшего. На нём можно было расположение мышц заучивать, в то время как на мне… Ну, кости и вены, наверное. – Но меня смущает тот факт, что, похоже, возможности получить реальный боевой опыт в академии нет…

Литке рассмеялся:

– Реальный боевой опыт на то и реальный, что его можно получить только на поле боя.

Но я понял, что ты имеешь в виду. – Меж пальцев парня заплясала одинокая точка низкотемпературной плазмы. – Полноценные спарринги – это слишком опасно. Несмотря ни на что, псион в первую очередь человек, а много ли надо человеку, чтобы умереть?

Перед глазами встали останки Таранова Петра, человека, которого я «до всего» считал своим лучшим и единственным другом. Вот уж с чем не поспоришь, так это с тем, что его жизнь оборвалась за считанные мгновения.

Люди слишком хрупки, и часто об этом забывают.

Поможет ли биокинез справиться с этой проблемой? Вопрос, ответ на который мне принесут только месяцы, а то и годы обучения. Ноготок-то я, проштудировав «базу», уже отрастил…

– Стеклянные пушки. – Литке вопросительно на меня воззрился. – Псионы – стеклянные пушки. Так в играх называют персонажей, которые могут нанести много урона, но и сами погибают от любого чиха.

– От любого чиха псион, конечно, не помрёт, но мысль занятная.

– Литке-старший поднялся на ноги, сбросив «полотенце» на лавку и размяв плечи. – Продолжим?

Я последовал его примеру, ибо в плане выносливости именно псионических манипуляций я не отставал, и, вероятно, даже обгонял отпрыска знатного дворянского рода. Точно сказать я не мог, так как не спрашивал, насколько за день тот вымотался. Но пока что я превратился в тряпочку чисто физически, а вот нервная система держалась молодцом.