Династия. Изгой

— Поговорите с ним лично, он готов приехать.

* * *

Вечером того же дня

«Самые надёжные наёмные секунданты Москвы! Клянёмся честью признанного рода!»

Такой вот слоган нахожу на сайте конкурентов Оруженосца. Быстро же они появились. Думаю, что готовились открыться заранее, когда услышали про запуск моего агентства. Но когда узнали, что я изгнан, решили ковать железо, пока горячо. Слоган прямо намекает на то, что лучше работать с ними, чем с изгоем.

Не могу их винить. Единственный конкурент, то есть мой Оруженосец, в нокауте.

Но всё равно раздражает.

Ладно, не страшно. Здоровая конкуренция — это даже хорошо. А моё агентство быстро придёт в себя. Сегодня, например, поступила одна заявка на проведение дуэли. Не всех волнует, что хозяин компании — изгой.

Я сижу в кафе рядом с домом. Мама ещё у себя в бутике, а мне захотелось прогуляться и поужинать где-нибудь вне дома. Хоть с деньгами и напряг, стейк из говядины я всё ещё могу себе позволить.

Тем более что в этом кафе делают идеальную прожарку и посыпают мясо секретной смесью специй. В меру пряно, немного остро — я такое люблю.

Отодвигаю пустую тарелку и делаю глоток прохладного яблочного сока. Снова беру в руки телефон, и тут, как по заказу, поступает звонок от терапевта.

— Да, Аркадий Тимурович.

— Добрый вечер, Александр. Хотел рассказать вам о состоянии князя.

— Слушаю.

— Порадовать вас нечем, к сожалению. Его сиятельство днём приходил в сознание, но мысли спутаны.

В горле встаёт твёрдый комок. Как же больно слышать такое. Как бы там ни было, это мой родной человек. Прошлый Александр почти с ним не общался, но я почти успел подружиться и понял, что на самом деле он действительно любит нас с мамой.

Да и дед, я думаю, увидел во мне своё продолжение. Ведь зачем ещё он бы устроил тот роковой семейный совет?

— Пока мы оставляем его на искусственной вентиляции лёгких, — продолжает Аркадий. — И были вынуждены погрузить в медикаментозный сон.

— Хорошо, — говорю я. — Если что-то будет нужно, звоните.

— Пока всё есть, Александр. Буду держать вас в курсе. До свидания.

— Всего доброго.

Не самые добрые новости. После операции прошло два дня, а Григорий Михайлович до сих пор невменяем. Конечно, возраст и всё такое, но я надеялся, что он быстрее придёт в себя.