Я уже князь. Книга XIX

– Да! – поддержал его сынок.

– Нифига себе предъява?! – улыбнулся я, расставив руки в стороны. – Ну давайте, покажите, на что способны!

Мужики начали заводиться и энергия окутала их тела. Но я быстро скинул расслабленную улыбку и напрягся. Лора дала отчет, и он был не самым приятным. Для них, уж точно.

– Нам дали силу, о которой ты и не мечтал! – сказал младший Налимов и покрутил браслет.

В нем-то и была проблема. И нет, не потому что он магический или наделял их способностями. Вообще нет. Это простая взрывчатка.

– Миша, этого не может быть! – воскликнула Лора, делая рентген их наручных бомб.

– Идиоты! Скидывайте браслеты! Вы сейчас взлетите на воздух!

Мне до них нет дела, но взрыв сильно повредит мою парковку и КПП в придачу.

– С двух сторон, сын! – довольный моей реакцией, произнес бывший граф, и парочка начала меня обходить.

А времени не было. Браслеты вот-вот должны сдетонировать. Я, не церемонясь, запустил Болванчиком в одного, а второго собственноручно оглушил.

– Это же… я не ошиблась? – произнесла Лора.

Короткий импульс проскользнул между двумя браслетами. Они ярко вспыхнули и накалились.

– Надо снять их, пока они не взорвались или не убили этих голубчиков! – сказал я, разглядывая через рентген строение начинки.

Искусная работа, ничего не сказать, вот только я видел движения энергии, и она собиралась в одной точке. Браслет уже покраснел.

Налимов-старший очнулся и заорал от боли. Все же раскаленная железка на руке не самое приятное из украшений.

Наклонившись к графу, я схватился за браслет и стал качать силы, чтобы хоть немного стабилизировать состояние. Плюс Лора вливала энергию в самого мужчину.

– Нет… – сквозь боль прорычал Налимов-старший. – Спаси сына!

– Молчи, мне надо сосредоточиться!

Я попробовал его вырубить, но не вышло. Что-то мешало. И я быстро понял, что именно.

Рука начала меняться в размере. Вместо ногтей появились когти, а кожа покрылась серой чешуей, как у рептилий.

– Это что за нахренблин, – отскочил я, чтобы меня не задело.

– Сына… Спаси… – последнее, что я успел услышать, прежде чем человеческую речь заменил уродливый рык.

Обернувшись к Налимову-младшему, я выдохнул – тот превращался медленнее.