На ощупь. Взгляд со стороны

– Фраза вырвалась сама, против моей воли, и Тимс нахмурился. – Я видел раньше. Я был зрячим до пяти лет.

– А потом? – Холод и подозрительность во взгляде.

– Не знаю, я не помню, мне сказали, что я попал в магический пожар. – Разговор идёт куда-то не туда, и я начинаю нервничать, мой собеседник тоже. – Продолжим?

– Продолжим. Сконцентрируйся, чувствуй эту магию, слушай её в себе. – Тимс замолчал, успокаиваясь, расслабляясь. И я молчал, изучая магию, не шевелясь даже, тишина длинною в двадцать минут. – Хорошо. Теперь проследи за тем, куда утекает эта магия.

И я заметил. Тоненькая-тоненькая нить, тянущаяся к световому пятнышку, которым, видимо, являлся Феникс.

– Вижу.

– Направь энергию в эту нить, сделай её толще, мощнее, позволь фамильяру стать по-настоящему частью тебя. – Голос спокойный медитативный.

И я послушно усилил поток. Связь стала не ниточкой, а верёвкой, а потом и вовсе канатом. И пятно света фамильяра стало больше. Феникс довольно заурчал, потёрся о мою щёку.

– Отлично! Можешь же когда хочешь. – Тимс улыбался. – И больше порядок не нарушай.

Я открыл глаза, свои и глаза тела, погладил Феникса.

– Спасибо за помощь. Я пойду, пожалуй. – Нет, мне не нравится как этот парень на меня смотрит, будто он готов в любую секунду перерезать мне глотку.

– Обращайся. – Совсем безразлично.

Я вернулся в комнату, и снова лёг в кровать, обнял Исти и моментально заснул, теперь без снов.

…

– Я, ну, это... – Исти так забавно смущалась, сонно кутаясь в одеяло, хлопая ресницами. Красавица, и правда.

– Всегда рад видеть тебя в своей постели, можешь чувствовать себя как дома, приходить раздетой.

– Йенс! – Гневный тон, и такое неискреннее возмущение. Прелесть. – Когда это я дома при тебе спала раздетой?

– Не знаю, не видел, я тогда совсем не видел, но, надеюсь, спала. – Я пожал плечами.

– Йенс!

– Что? А вообще, если честно, то по правилам такое нельзя, и один из комендантов нас уже застукал, и, пожалуй, хорошо, что это был Тимс, а не Каид.

– Читала правила, знаю. Но пустая огромная комната – такое себе. Ещё и луна не давала уснуть, так что, я пришла к тебе. – Исти выбралась из постели, на ней была зелёная пижама в клетку, слишком большая, и слишком скрывала фигуру, мне эта пижама не понравилась. – Больше так не буду, прости, думаю, в академии бояться мне нечего.