Добро пожаловать в клан!

Какой, значится, сука урод, это подстроил? А сам обгаженной ладонью с морды воду стирать принялся. Ну тут уже и ротные не выдержали. Попадали да за животы похватались.

Салага хихикнул, но тут же недоверчиво поморщился:

— Прям таки попадали? Ну, ты гонишь!

— Да чо мне гнать? Чо гнать? Говорю тебе, так и было! — запальчиво вскричал Орёл, и салага примирительно поднял руки, было, значит, было.

— Ну а как тебя раскрыли-то? Как десятник догадался?

— Ну, — Орёл отвёл глаза и нахмурился, — тут осечка небольшая вышла.

Я так хохотал, глядя, как десятник гуано по плацу мечет, что контроль немного того… утратил. Птица круг сделала, и ко мне. Прям в ладонь клипсину эту скинула и была такова.

Тут все увидели, чьих это рук дело. Васян было на меня бросился, но сотник дал команду отставить. А он умеет доходчиво приказать. Все по стойке смирно встали. Васян глаза пучит, весь побагровел, морда в белесых пятнах, а сотник ему и говорит:

— Ты, Василий, бардак устроил. К курьерам пристаёшь, женские побрякушки носишь.

Еще б уши у врагов отрезал, да на шею вешал. Дикарь ты, Вася, и не лечишься.

Потом ко мне повернулся и изрёк:

— А ты, Кравцов, тот ещё орел, конечно. Но про устав клана помни. На первый раз прощается, но в следующий, если удумаешь против соклана кастовать — пеняй на себя. Усёк?

Я сказал «Усёк». И все разошлись. А вот позывной за мной так и закрепился. Орёл.

Клипсу я убрал, сообщение девчонке написал, мол, хочешь получить свою цацку обратно, давай у Краснохолмского моста пересечемся, верну.

Салага улыбнулся.

— В тот же вечер и встретились. Там место красивое такое, река течет, на другом берегу храм, архитектура, короче, благодать.

Девчонка в платьице пришла, зеленое такое, и юбочка колокольчиком вокруг ножек мотается. Эх, загляденье. И тут у неё так, знаешь, всё… красиво — Орёл показал на своей груди, как там у девочки всё было красиво.

— Так, ну ты завязывай, — насупился салага, а Орёл расхохотался.

— Ладно, братюня, не напрягайся. Ничего не было.

Я малолеток не трогаю. Она сама. Подошла, клипсу забрала, глазками — зырк! Улыбнулась и поцеловала. Сюда вот, — он показал пальцем в щеку и мечтательно улыбнулся.

Салага облегченно вздохнул.

— Сестра? — спросил Орёл.

— Угу, — кивнул салага и покраснел, — старшая. Катя, — он вдруг затараторил, словно заранее репетировал речь, — Она мне про вас рассказывала, про ваш клан. Мол, Псы — хорошие парни, понимают, что такое справедливость, и козлов всяких не жалуют.