Кречетов, ты - не наследник! Том 3

Третий всадник заметил меня — нас разделяло всего десять метров. Он опустил правую руку, чтобы достать стрелу из колчана, закреплённого на лошади. Я бросился вперёд, понимая, что на мне нет доспехов. Сделав два шага, увидел, что лучник уже наложил стрелу на тетиву. Чёрный шар с визгом ударился о голову первого всадника. Его лошадь в панике отскочила, встав на задние ноги.

Лучник замешкался, а я резко рубанул влево, подбегая на полной скорости. Лошадь оказалась между мной и противником, закрыв ему поле зрения.

Второй всадник уже был мёртв. Он лежал в луже собственной крови, из его глаза торчала стрела. Лучник промахнулся, когда я, обогнув их, пригнулся под лошадьми.

— РРРРЕЕЕЕЕ!

Мужчина выругался, сжимая в руке ятаган. И сильно натянул поводья, чтобы повернуть своего скакуна прочь. Его друг был в ужасе. С выколотыми глазами он пытался стащить маленького демона со своего лица.

«К черту,» — подумал я, когда перекатился за лошадь мертвеца.

Облако пыли взметнулось из-под копыт животного. А всадник ругался и пытался повернуть лошадь, когда заметил меня. Я остановился и проворно встал.

Огромный конь, фыркая, бросился на меня. Его пасть и зубы были покрыты грязной пеной. Я увернулся от нисходящего удара, прорезав его сапог и рассекая нижнюю часть ноги. Кочевник попытался повернуть лошадь, но я обошел его полукругом. Местность благоприятствовала мне.

«СНИМИ ЭТО С МЕНЯ.

Я увидел сомнение в глазах главаря и подскочил к нему. Он попытался порезать меня, но я быстро сократил дистанцию. И блокировал его руку, подставив под локоть своё плечо. От толчка он упал на спину. Несмотря на мягкий песок, падение было некрасивым.

Когда я приблизился к нему, то наступил на запястье, и он бросил оружие. Но, кажется, я недооценил свою силу и услышал тошнотворный звук ломающейся кости под подошвой.

Вот дерьмо.

— Тьфу! Будь ты проклят! — Мужчина заплакал, и я, вероятно, извинился бы. Но вдруг появился Филимон, двигаясь очень проворно для пенсионера с гребаным артритом. Он опустился на колено и ударил лучника под подбородок железным болтом. И убил.

«О, мои боги!» — Я был потрясен. «Это было жестоко!»

Филимон фыркнул, встал, посмотрел на единственного ещё дышащего всадника. Я проследил за его взглядом — тот упал еще хуже, чем его мертвый друг.