Этанару. Том 2

Со всех сторон давили ограничения, но даже в этом положении я имел определённую свободу действий. И право выражать какие угодно мысли, включая преступные. Потому что для масс я был никем.

Теперь меня знает весь Совет Пятидесяти. Вплоть до того, что в открытых источниках снова можно найти мою биографию и архивные новости, где я фигурировал, будучи ребёнком. Меня знают, меня любят — той фанатичной любовью, которой массы обычно окружают наследников и восходящих владык на старте их карьеры, особенно если они публично пообещали накормить обездоленных, победить несправедливость или — в нашем случае — спасти мир от гибели и кибернетического кризиса.

И как только покровы были сорваны, а рамки существенно раздвинулись (до полного уничтожения им ещё далеко), моя «свобода» помахала мне ручкой и развеялась как ионный след от шаттла. Я больше не имею права сказать ни словечка поперёк «линии партии» и обязан всячески её поддерживать и превозносить.

Не то чтобы я был против, но если нам с партией сейчас по пути — ещё не значит, что мы с ней заодно.

Вместе с тем, выступать на публике мне пришлось очень и очень много. Как лично, так и в виртуальном пространстве, на многочисленных конференциях и официальных приёмах кланов-союзников. «Умаядо», как личный лимузин, возил меня во все концы Кластера Пятидесяти, из одного представительства в другое. Уже на второй день кончики губ начали ныть от фальшивой улыбки, а от частоты подписывания соглашений и пактов чуть не развился туннельный синдром.

Будем знакомы — я новая марионетка Этанару. Очень приятно, у вас тут так красиво, море, мосты разводные… Нихон-прайм гордится союзом, вместе мы придём к победе. С нами ваши акции Кибера станут самыми жирными в истории! Спасибо за добровольцев-провиант-пушки-корабли и до новых встреч!

Длился этот парад показного радушия всего неделю, но я запомню её надолго. Зато никакого принуждения, что вы. И никаких запретов, Патриарх упаси! Я сам сел в эту лодку, сам взялся за вёсла и не в моих интересах теперь выкидывать привычные номера.

Не теперь, когда многомиллиардный сегмент космоса следит за моими действиями. И ждёт исполнения обязательств.

Один мудрый старец по этому поводу изрёк: чем больше сила, тем больше и ответственность. И скоропостижно скончался, чтобы его не привлекли к ответственности за сказанное. Я знал эту прописную истину. Наставники прочно вколотили её в меня, пока я обучался. Я же надеялся, что чаша сия меня минует. Ха.