Азраиль. Спустись с Небес! Том 1.

И они поплатятся за каждую каплю крови, пролитую моими детьми.

Я могу долго рассказывать о том, как вышел на бой против семи Богов. Как уничтожило планету наше долгое сражение. Но... есть ли в этом толк? Хоть я и был равен по силе Богу, устоять против семи таких, да ещё и на чужом Небе, было... я проиграл им.

Однако война не закончена. Закон запрета на смешивание крови я собираюсь исправить.

Я обязан воссоздать Восьмое небо. Небо, в котором не будет грани между Богами и их рабами. Небо, в котором будут жить все расы без исключений.

В конце концов, Небо, в котором такие, как Нейла и Феликс не будут прятаться от смерти только потому, что их отец обычный человек, а мать — низшая Богиня.

Смешивать кровь Бога с обычным смертным нельзя? Идите к чёрту все, кто следует этому грёбаному правилу. Можно. Хаоса не возникнет, если не будет жажды убивать. Никакой жестокости, только покой и комфорт.

...но, если честно, я до последнего не верил в своё возвращение.

— Брат! — крик Лизы с другой комнаты донёсся отчётливо — так, будто она стояла совсем рядом. — Я приготовила тебе завтрак!

Долго нежиться на избитом временем матрасе не пришлось. Бросив короткий взгляд в потрескавшееся окно, я спустился по скрипящей лесенке и сразу направился к раковине. Не сказать, что я был чистюлей до мозга костей, вот только мыться на Седьмом Небе мне никто не позволял.

Глядя на себя в грязное зеркало, я вспоминал времена бесконечных сражений все отчётливее. Сколько лет прошло с того момента, как мне исполнилось семнадцать? Триста? Четыреста?

— Угадай, что у нас на завтрак, — Лиза суетилась за моей спиной так, словно чувствовала сильное облечение. — Ну, Эраст, не молчи... даю три попытки.

Лиза... как и всегда оставалась оптимистом. Что бы с ней не делал отец; как бы похабно не обращался с ней «я» в прошлом. Она продолжала улыбаться через боль; продолжала готовить, оказывать поддержку и придавать этому дому уют.

Когда я садился за стол аккурат перед пустой тарелкой, взгляд мой привлёк покрытый рубцами шрам на спине Лизы, выглядывающий из-под изношенной белой майки. Тельдор любил оставлять на ней следы после всякого раза, когда сестра пыталась перечить... и этот был особенно болезненным.

— Не трогай, — холодно бросила Лиза, только лишь я потянулся рукой к рубцам. — Пожалуйста.