Чёрный лис. Том 3

Глава 4

- Вот, надень-ка, - перегнувшись на заднее сиденье, Колян достал свёрнутые в узел джинсы, рубашку, высокие ботинки... - А то как презерватив на одном месте, честное слово...

Я натянул предложенное поверх стэллс-костюма.

Как только мы вышли из машины, навалилась тишина. Ни гула автомобилей, ни шарканья подошв по асфальту, ни гомона тысяч голосов вокруг.

Очень необычно. Я уже привык к городскому шуму, к постоянному присутствию людей вокруг. Но здесь было тихо.

А потом сквозь эту ватную тишину прорезался звук.

Трава вокруг была высокая, по грудь, и в ней, над белыми и желтыми цветочными зонтиками, гудели пчёлы.

Где-то рядом, буквально в двух шагах, трещали кузнечики.

В ближайших деревьях дробно стучал дятел. Где-то над головой сердито цокали белки, чирикали невидимые пичуги и куковала кукушка.

- Что это за место такое? - спросил я у Коляна, но тот, достав с заднего сиденья рюкзак, уже направился куда-то по узкой, проложенной в траве, тропинке.

Я пошел за ним.

Трава была высокая, и когда я задевал цветочные зонтики, на плечи сыпалась желтая пыльца.

А потом я увидел дом. Острая двускатная крыша, небольшая веранда, забранные ставнями окошки. Возведённый из потемневших от времени брёвен, он настолько хорошо вписывался в эту глушь, что казался частью леса, его продолжением.

Колян, закинув на одно плечо армейский рюкзак, шел прямо к дому.

Я, не особо раздумывая, шел за ним. Но не доходя до крылечка шагов десяти, встал как вкопанный.

На крыльце сидел Фудзи. На нём была камуфляжная кепка, под которой прятались золотые кудри, и такие же майка и штаны с большими накладными карманами.

Вероятно, из-за этой одежды я и не заметил его сразу.

Мой друг сидел на верхней ступеньке и прищурившись, наблюдал за нашим приближением. Во рту он держал длинную травинку, а в руке - огромный пистолет.

Держал небрежно, положив руку на колено и опустив оружие стволом вниз, в землю. Но меня поразил сам факт.

Фудзи, который был магом.

Проделав несколько оставшихся шагов до крыльца, я вздёрнул его на ноги и ни слова не говоря прижал к груди.

Сквозь тонкую майку почувствовал, как сильно и гулко забилось сердце, а на шее ощутил горячее дыхание.

- Это ты, чудовище, - глухо пробормотал Фудзи, что есть силы лупя по моей спине кулаком, в которой был зажат пистолет.

- Это я, - голос мой был сдавленным от нахлынувших чувств.