Чёрный лис. Том 2

- Самолёт полностью оборудован под его нужды, и Соболев чувствует себя здесь не беспомощным инвалидом, а хозяином.

- Запрашиваю разрешение на посадку? - спросил пилот.

- Добро, - кивнул Соболев, а потом посмотрел на нас. - Лучше сядьте и пристегнитесь.

- Я бы предпочёл остаться здесь, - стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, сказал я. Не хотелось вновь сидеть за тонкой переборкой, чувствуя, что здесь происходит что-то важное, - и оставаться не у дел.

- Тогда садись в кресло механика, - Соболев кивнул себе за спину.

- Я уже нашел, - Фудзи успел пристегнуться, и теперь выглядывал из-за плеча пилота. На его лице было полнейшее счастье.

Словно нам предстоит не аварийная посадка, а классный аттракцион.

Интересно, как бы я видел мир, если бы смотрел на всё глазами Фудзи? Воспринимать проблемы, не как очередные препятствия, которые нужно преодолеть, а как интересные приключения?

Может, стоит попробовать?..

Самолёт выполнил широкий круг над городом и стал снижаться.

Пилот плавно наклонил штурвал. За ним наклонился и нос самолёта. Земля стремительно приближалась.

- Падаем, - спокойным голосом объявил пилот. - С поверхности нам никто не помогает.

- Диспетчер? - спросил Соболев.

- Утверждает, что стихийники на месте. Но я не чувствую никакой поддержки. Мы разобьёмся, Алексей Григорьевич.

- Не паникуй, - голос Соболева приобрёл жесткость стального каната. - Обойдёмся своими силами.

- Слушаю.

Рефлекторно ответив, только после я осознал, что Соболев обращается ко мне.

- Помнишь, как я левитировал кресло?

- Да.

- Сейчас мы с тобой сделаем то же самое, но только с самолётом. Константин, помогай.

Сначала я не понял, чего от меня хотят. Но через секунду, когда в кабине завихрились потоки Эфира, сообразил. Подключился к течению энергии, которое создали Соболев и Фудзи, увеличил мощность...

И поток увлёк меня за собой. Словно втянул в себя, сделал своей неотъемлемой частью.

Я вдруг ощутил своё огромное длинное тело, широкие руки-крылья, увидел, как приближается и быстро несётся куда-то под брюхо серая твёрдая поверхность... Понадобилось мысленное усилие, чтобы замедлить её бег. Сравнять скорость свою, и этого серого твёрдого полотна, почти остановиться, а потом... плавно опуститься, прижаться к земле животом и замереть.

Когда я открыл глаза, мы уже не двигались. Фудзи успел отстегнуться и вставал.