Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1

Глава 4

Отец затащил меня в одну из комнат. Судя по всему, это был его кабинет.

Высоченные потолки. Стрельчатое окно. Вдоль одной стены на полках аккуратно расставлены книги, свитки, по другую сторону – висит оружие. Посредине большой стол, на котором царил идеальный порядок.

Отец бросил меня, как нашкодившего щенка, на стул. А сам уселся напротив в высокое кресло. Уперся локтями в стол, сложил ладони вместе, уткнул в них лицо так, что указательные пальцы касались кончика носа и уставился на меня внимательными глазами.

Чувствовал я себя, словно второклассник у директора школы в кабинете. Очень скоро молчание стало некомфортным, но я не спешил давать слабину и нарушить тишину первым.

– Ты мстишь мне за смерть матери? – наконец выдал отец.

– Нет, – искренне удивился я.

Однако вопрос повис в воздухе и ядовитой змеей подползло подозрение. А что? Этот холодный, властный тип, что так относится к собственному сыну, спокойно мог и жену укокошить.

– А у меня есть повод? – решив ковать железо пока оно горячо, прямо поинтересовался я.

– Нет! – твердо, глядя мне в глаза, ответил отец. – У тебя нет повода!

Я окончательно поверил ему, кивнув в знак согласия.

Отец вскочил с места и, нависнув надо мной, сердито поинтересовался:

– Тогда объясни, ради всех ликов Триликого, что с тобой такое происходит?!

– Я не хочу, чтобы этот гад был моим оруженосцем! – хладнокровно пожал я плечами.

Я был почему-то уверен, что не выбирал. Может, потому что такого говнюка никто бы не выбрал.

– Да, – согласился отец, вновь уселся на свое место и, откинувшись на спинку, процедил. – Его выбрал для тебя я!

– А получше ты никого выбрать не мог? – язвительно заметил я.

Я нагло попытался скопировать вольготную позу отца.

– Я лучше знаю, что для тебя лучше! – снисходительно усмехнулся отец.

– Да?! – я поднялся, разъяренный, собственной неловкостью, выдал накипевшее. – Твой Роджер мне нож в спину воткнёт при любом удобном случае! Или ты просто хочешь от меня избавиться таким образом?

– Не мели ерунды! – обиделся отец.