Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1

– Прыщавый поднялся и почтительно поклонился отцу. – Подъём в пять утра, тренировки с шести! Не смей опаздывать! Ослушаешься, тебя высекут! – продолжал наставлять отец.

После чего громко стуча сапогами по каменному полу, отец удалился из столовой.

Я краем глаза заметил, что мой оруженосец – прыщавый Роджер, довольно ухмыляется нашей с отцом стычке. Настроение делить трапезу с этим лицемерным уродом у меня пропало. Почему, интересно, мой оруженосец не рыжий?

Я взял со стола два пирога, третий в зубы и встал. Уже в дверях обернулся и позвал Роджера.

– Эй, Роджер?

– Слушаю, ваша светлость, Эрик? – льстиво пролепетал прыщавый.

– Рано радуешься, репа ты пареная! Я тебя насквозь вижу!

Глава 3

Златовласка в полупрозрачных одеждах манила за собой. Большая грудь её колыхалась вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз... Я качался на этих волнах. Сладко-то как.

И так не хотелось выходить из этого томительного плена. Но кто-то упрямо тряс меня за плечо.

– Вставай, Эрик! Ну, вставай же!

Я подскочил как ужаленный.

– А? Что?! – спросонья я не мог сориентироваться. – Где я?

Я лежал на краю широкой двуспальной кровати, с тяжелым балдахином, а передо мной склонился взлохмаченный рыжий парень с заспанной мордой.

– Ты чего забыл в моей комнате?! – рявкнул я, со сна еще сердитый и раздраженный тем, что опять пробудился не в своей шкуре.

– Эрик, тебе надо торопиться. Время почти шесть. Я случайно узнал, что Роджер, собака такая, будить тебя не стал и другим не велел, а отцу твоему скажет, что не смог тебя добудиться.

– Да зачем ему это?! – удивленно спросил я, тем не менее вовлекаясь в лихорадочное умывание и одевания себя самого.

– Ты, как будто не знаешь, – закатил глаза рыжий, – он же тебя ненавидит. Считает слабаком. Ваш дом последнее время переживает не лучшие времена. Сэр Роджер хотел бы служить дому посолидней и поперспективней, например, дому Крайкосов.

– А что ему мешает-то, я его не держу? – буркнул я, меня очень задело, что мой дом считается каким-то там захирелым, вроде же нормальный у нас дом.

– Он вассал дома Гербертов, он не может, пока живы его господа, присягнуть на верность другому дому!

Вот значит как, надо бы этого оруженосца сэра Роджера убрать подальше от себя и от своего дома. Я подивился тому, как легко для меня дом Гербертов стал своим. Может потому, что в прошлой жизни такого места так и случилось.

Интересно, а могу ли я попросить себе другого оруженосца? Ну, скажем, этого вот рыжего парнишку.