Куратор

— Слушай, Андрей, ты неплохо показал себя в особняке, избавив кучу народа от проблем… — ох, как мне не понравилось такое начало разговора. — Да, к тебе имеется ряд вопросов, но, думаю, никакого отношения ты к нападавшим не имеешь.

— Но?

— Но вот это, — ткнул он в мою руку, — ставит крест на всех твоих успехах. Ты же знаешь, чем аристократы отличаются от обычных людей?

— Владение магией на более высоком уровне и возможность без последствий вживлять в себя «посредника», — услужливо подсказала мне память бывшего владельца.

По местным меркам это был неплохой результат, фактически обеспечивающий Андрея Шипова высокими шансами на безбедное будущее в каком-нибудь клане. А при удачном раскладе он мог бы побороться и за главенство в нем.

Для меня и моих планов это, конечно, маловато, но, видать, и такого старта мне уже ждать не приходится.

— Не знаю, кому ты перешёл дорогу, но своего посредника-симбионта ты лишился.

— Я же могу колдовать?! А исходя из недавних событий очень даже неплохо! — возразил я, глядя на свою руку. Вот же зараза. Теперь понятно, про что говорил тот старикашка в церквушке.

— Ты лишился своего симбионта. Вместо него тебе подсадили какой-то «огрызок» первой ступени. Я и сомневаюсь, что ты сможешь подняться с ним даже на следующий этап.

— Но ведь тогда можно повторить этот процесс? Один раз удалось, можно и второй провернуть, — я с надеждой посмотрел на следователя.

— Нет. Процесс необратим. Если в общих чертах, то тебя накачали специальным препаратом, что подстегнул выработку энергии. Именно за счет этого ты мог так эффективно колдовать. Но это вещество и выжигало твой внутренний источник.

— И никаких шансов?

— Никаких, парень. Мне жаль, — он подвинулся ко мне поближе и прошептал, — но я даю тебе слово, что ответственные не уйдут от правосудия!

Прозвучало это как-то с натяжкой, да и настроения не прибавило.

Вот, кстати, дилемма. Сато был среди гостей в зале. Стоит ли об этом говорить Тимашеву? Или все же попытаться самому разобраться в происходящем?

Мои размышления прервал звук открывающейся двери, в которую заглянул какой-то мужчина в полицейской фуражке.