Плут

Ага, которые, судя по всему, не принялись ещё с упоением выбивать из меня признательные показания только лишь благодаря украшению на моей шее. Мда.

— Если ты и дальше будешь так бесстыдно на меня пялиться, я прикажу слугам отделать тебя, — малоэмоциональным голосом прервала мою задумчивость прекрасная незнакомка. Это когда мы уже забрались в её экипаж, тот самый безлошадный, ну и практически бесшумно, в смысле без ожидаемого рёва мотора, потарахтели окованными колёсами по мостовой. — Ты знаешь, почему я забрала тебя?

— Из-за медальона? — перенеся свой интерес на устройство нашего транспортного средства, наконец отлип я от прелестей восседающей напротив меня прелестницы.

— Верно, — чему-то удовлетворённо кивнула обладательница красивых... Да всего, блин, красивого! Но она продолжила. — Ты понимаешь, какая ответственность теперь на тебя возложена?

— Ты не поняла, красавица. Я, как раз сорок уже сказал усатому, потерял память. А про медальон — это лишь выводы, исходя из твоей реакции на его наличие на моей шее, — не особо задумываясь или подбирая слова, выдал я в ответ даже замершей от неожиданности, как я понял, аристократке.

С нею, берусь предположить, впервые в жизни заговорили таким тоном, не будучи при этом, не знаю, маркизом там или на крайняк виконтом каким-нибудь. И нет, я не нарываюсь. Просто расслабился чуток. Да и не привык, если честно, пресмыкаться. Вот и нечего начинать.

— Занятно, — впервые с нашей встречи она расслабленно откинулась на спинку роскошного тёмно-фиолетового кожаного дивана и, закинув ногу на ногу, с милой улыбочкой уставилась на меня.

— Без малейшего понятия, лапуля, — а вот теперь нарываюсь. Точнее, прощупываю: с какого момента она начнет хвататься за шпагу.

— Прелестно. А ты уверен, мальчик, что уже нажился на этом свете? Молоденький же совсем ещё, — как-то плотоядно даже ухмыльнулась красавица, не изменив позы, а свой вопрос задала с некоторой грустью и легким участием.

— А с чего ты, золотце, взяла, что я тот, каким выгляжу? — еще более плотоядно оскалился я. Правда, по спине у меня холодком потянуло.

Нет, не подумайте, я вовсе не такой и крутой, как может показаться по длине моего языка. Хотя не помню ж ничего. Мда. Но ветераном горячих точек или мастером неких секретных единоборств я не был. Вроде бы. Однако сейчас меня охватил некий кураж. Синдром отпускника, если угодно.