Плут

Еще жилетка из аналогичной материи, но уже в какую-то сизую клетку с ярко-пурпурными прожилками. Всё это поверх нежно-голубого цвета вполне удобной сорочки, но, ска, с поистине адским девайсом в виде пристяжного воротничка. Пусть он с виду и забавный, но, как оказалось, беспощадно трущий. Жестко накрахмаленный белоснежный отложной воротник-стойка с полукруглыми концами. Как из кино, блин. Довершал* мой новый наряд атласный фиолетовый галстук, хотя, скорее, шейный платок, который я повертел и, нечего лучше не придумав, лишь пожал плечами да завязал тем единственным способом, что знал ещё с Земли.

Получилось так себе.

* Автор в курсе про существование нижнего белья. Которое, к слову, покрывало почти всё тело не столько из-за нравов, сколько чтобы стирать как раз его, а не верхнюю одежду, которая могла и не пережить стирку. То есть после такого натуральные ткани утратят яркость красок, станут грубее, ну и изомнутся изрядно. А не разлезутся по швам, если кто не понял. Дорого раньше, в доиндустриальную эпоху, стоила красивая одежда, поэтому ее преимущественно чистили да проветривали, а не вот это вот всё, к чему мы привыкли.

Ну и напоследок, со вздохом отставив правый, я натянул левый, по меньшей мере странного вида, высокий чёрно-белый ботинок на пуговичках, при взгляде на который первое что возникает в уме: «штиблет».

Моей «боевой» трости в комнате не оказалось, поэтому покинул я её придерживаясь за стенку.

Нет, не то чтобы я прям без неё, как без рук, но всё же непривычно, и порой рука так и тянется за что-нибудь ухватиться или подержаться.

Благо у Миро было за что подержаться, и я, вроде как внезапно утративший всякую возможность самостоятельно передвигаться, пока мы шли сполна воспользовался готовностью угодить такой сердобольной, но скрытые камеры нас всех огради, какой же всё-таки лукавой лисички в этом её милом передничке.

Да, горничная уже привела себя в порядок, поправила свои шоколадные волосы и даже застегнулась везде, пока ожидала меня в коридоре, поэтому как ни в чем не бывало заботливо подала мне руку, и не только, помощи.

Ну и теперь я точно знаю, что бёдра её ни в чем не уступают шикарной груди, а ножки...

— Отцепись ты от неё, несносный мальчишка! Миро, не будь такой дурой! Он прекрасно ходит и без, эм, этого вот всего. Плут, ты поражаешь меня своей... своей непоследовательностью, — строго осудила мою военную хитрость Ижэн, когда мы в обнимку с очень лукавой лисичкой Миро показались наконец в чайной.