Драконья луна

Лёд под ней словно ожил, яростным стоном и треском выражая своё негодование. Краем глаза Толи отметила, как подобралась Спар. Низко висящий туман, подсвеченный сиянием Наи, стелился по льду.

И тут Толи увидела их, и в горле у неё моментально пересохло.

В пятистах ярдах[1 - Ярд – английская мера длины, равная 0,9 метра.] впереди появилось серо-белое стадо. Дыхание бизонов, сливаясь с туманом, скрывало их головы. Рогами они подхватывали охапки зелёной маки прямо с поверхности льда. Толи показалось, она даже чувствует знакомый горький привкус.

Люди ели маку только в крайнем случае. Она была питательной, но совершенно мерзкой на вкус.

Издалека бизонов можно было принять за каменные или ледяные глыбы, если бы камни не встречались ещё реже, чем бизоны, и на мощных рогах не играли бы лунные блики.

Толи пыталась унять бешено колотящееся сердце и даже задержала дыхание. Если из-за неё охота сорвётся, то Спар ей ни за что этого не простит. Ведь тогда в ближайшие шесть недель им придётся есть только вяленое мясо и грибы.

И то, если повезёт.

Спар, невидимая в тумане, проползла вперёд. Её движение выдавали только лёгкие вихри воздуха. Появилась Люка и устроилась рядом с Толи. Охотница вздёрнула подбородок, как бы говоря Спар: «Чего ты медлишь?»

Зрение у бизонов слабое, зато обоняние отменное. Взрослый бык мог достигать пяти футов в высоту и, почуяв неладное, бросился бы бежать в лес, сметая всё на своём пути. Остановить его не смогли бы и все охотники королевства.

Ударом копыта взрослый бизон мог раскрошить кость, а в это время года животные были настолько пугливы, что хватило бы малейшего шороха, чтобы стадо обратилось в бегство. Перед пробуждением драконов бизоны держали ухо востро.

Но хуже всего то, что из леса они покажутся не скоро. Про охоту придётся забыть на несколько месяцев, потому что драконы проснутся со дня на день. Тогда выходить на лёд станет смертельно опасно.

Толи полной грудью вдохнула обжигающий морозный воздух и подползла поближе к наставнице, отталкиваясь руками и ногами.

Люка скрылась в тумане слева, Пендар притаился где-то справа.

Кожа вокруг глаз Спар натянулась – верный признак того, что раны снова дают о себе знать. Но Толи сделала вид, что ничего не заметила. Она уже спросила однажды, не болит ли у наставницы голова, и чуть не поплатилась за это собственной головой.

В глазах Спар мелькнул знакомый огонёк, когда она повернулась к ученице.