Эльф из Преисподней. Том 2

Пикси уставилась на неё с выражением крайней досады.

— И ты, Лютиэна…

— Малая связь, — прервал я пустую болтовню. Хлопнул в ладоши. — Ты всё-таки подтвердила свою полезность. Возможность отыскать друг друга и позвать на выручку явно не будет лишней.

Фея нахмурилась.

— Подтвердила полезность… Обходительности тебе не занимать. Нет, ни в коем случае не занимать, а то растратишь её, как растратил свою. Извинись передо мной. Встань на колени, и я подумаю.

— Ты мой фамилиар, — напомнил я, а Лютиэна добавила:

— Перестань дурачиться.

У нас на хвосте инквизиция. К этому моменту они могли вычислить, где мы находимся. Если мы останемся тут, ожидая, пока враги наберутся храбрости, чтобы полезть к Аркарису, конец будет предсказуем.

Пикси ещё немного повыделывалась, но всё же уступила. Я поставил поднос на пол и встал. Фея замерла у моего лица, внимательно изучая своё отражение в моих глазах. Затем, кивнув неведомым мыслям, она укусила своё запястье — глубоко, до крови, крошечные струйки которой побежали по предплечью, закапали на ковёр.

В который раз я убедился, что самая большая угроза для пикси — это они сами.

— Помочь? — ухмыльнулась Дженни и, не дожидаясь разрешения, подлетела к моей ладони. Вцепилась в неё. Тотчас на коже вспухла капля крови. Я собрал её, стараясь не размазать, и промочил ей губы. В свою очередь Дженни завершила приготовления со своей стороны — и порхала передо мной, как маленький злой калибри, как юркая угроза, как обещание неприятностей.

Разметавшиеся кудри и влажные от крови губы придавали Дженни облик дикого, неприрученного существа.

Создавать с ней пусть даже малую связь сразу показалось поспешной идеей, но я не привык отступать на полпути.

Я перехватил взгляд серых глаз Дженни — в них плескалось штормовое море, подпираемое свинцовыми небесами. Что и говорить, она тоже не робкого десятка.

Мы вдохнули и, почувствовав, как нас оплетает тонкая нить, пришедшая на обоюдное желание, одновременно сказали:

— Одна кровь, один путь, один конец.

Это была не магия — по крайней мере, не магия в том смысле, что подразумевался на Мундосе или Земле.

В понятных смертным терминах это можно описать как договор с призывом в свидетели самого бытия.

Дженни подлетела ближе; я подался вперёд. Наши губы соприкоснулись в комическом поцелуе — таковым он выглядел со стороны. Как-никак сказывалась разница в размерах.

Меня пробрала знакомая по прошлому дрожь, промчалась от коленей к горлу, взорвалась ледяным жаром в черепе.