Последняя фантазия. Эндшпиль

Из портала прямо-таки брызнуло кровью, словно где-то между входом и выходом из тени, бойца пропустили через мясорубку.

Огненный шар сорвался с руки Линды, одновременно с ним в фигуру в шляпе и свитере ударила ветвистая молния – мои маги наконец-то вступили в бой. За буквально пару секунд промедления мы потеряли четверых.

Когтистая фигура окуталась пламенем, в бегущий на нас живой костер из которого торчали ноги и рука с лезвием, полетели молнии, с подвесов срывались стальные клинья растущие из земли, пылающие протуберанцы, воздушные лезвия и сгустки льда.

Мой отряд высаживал во внезапного противника все боевые заготовки, превращая бедолагу Фредди в малопонятное, окутанное огнем месиво.

Первый залп отгремел, вспышки заклинаний прекратились, на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском огня. Из костра, в который превратился кошмар, выкатился пылающий сгусток. Отрубленная голова, которая, как ни странно, не потеряла шляпу, прокатилась вперед несколько метров и замерла лежа на щеке и побрызгивая черной кровью из обрубка шеи.

- Кто это? – один из моих воронов спрыгнул с коня подошел к лежащей на земле голове в шляпе и склонился над ней, – откуда он тут взялся?

Голова дернулась, рот на обожженном лице растянулся в улыбке, глаза повернулись к вздрогнувшему и мгновенно разжегшему на ладони сгусток пламени, бойцу.

- А я ему снюсь, – как отрубленная голова без легких могла говорить, да еще и так громко, это уже дело десятое, но она указала глазами в мою сторону и снова обратилась к бойцу, – а убить сон невозможно пока тот, кому он снится, спит.

Под хлюпающих хохот, из обрубка шеи полезли костистые паучьи лапы и заметались, пытаясь уцепиться за землю. Изо рта отрубленной головы вывалился отвратительно толстый и длинный, язык и уперся в землю, пытаясь перевернуть голову и поставить ее на лапы.

- Господи да сдохни уже! – отшатнулся с отвращением «ворон» и спустил с руки пламя, но огненный шар расплескался по земле.

Голова Крюггера встав на паучьи лапы тут же провалилась в собственную тень, чтобы мгновением позже, отвратительно сплющившись и смявшись, появиться на плече ворона.

Я понял, что она появилась из отбрасываемой головой «ворона» на свое же плечо тени, с трудом протискиваясь через узкий портал, но сначала мне показалось будто лицо кошмара вылезло прямо из тела солдата.

Ворон заорал, голова кошмара весело хохоча впилась ему зубами в горло и, сыто чавкая заработала челюстями.