K-Pop. Love Story. На виду у миллионов

Если бы родители были рядом, разве тебе пришлось бы туда ехать?

– Нет, я бы осталась с тобой, – бурчит Элис.

– А насчет Сона… не делай поспешных выводов, ладно? K-pop – это жестокий мир, даже нам, простым фанатам, об этом известно. Ты уже виделась с ним?

– Нет.

– Возможно, он в таком же безвыходном положении, как и ты. И этот ужасный Ким выкручивает ему руки точно так же, а то и посильнее.

Зоэ чувствует, что Элис понемногу расслабляется, и дает ей время обдумать то, что она только что услышала.

– Ты права, – сдается Элис.

– Да. К тому же там наверняка будет немало приятного тоже! У Кима явно найдутся дела поважнее, чем все время ходить за тобой по пятам. Так что наслаждайся каждым мгновением свободы, возвращайся с чеком на солидную сумму, а в следующем учебном году ты уже будешь студенткой.

Когда она произносит эти слова, Элис ловит ее взгляд – глазами, которые снова лучатся надеждой. Улыбнувшись, Зоэ уходит за телефоном кузины, потом возвращается и протягивает его ей.

Элис берет его в руку, закусывая губу. Сомнения снова охватывают ее, и стресс тоже тут как тут. Но выбора не остается. И Зоэ права: хотя план Кима кажется Элис ужасно нечестным, но, в конечном счете, неплохо будет получить возможность заплатить за все обучение сразу.

Сделав глубокий вдох, она выбирает из списка контактов номер, который Ким внес туда накануне. Он отвечает почти мгновенно, как будто ждал ее звонка.

– Элис! Полагаю, вы согласны?

Девушка морщится, услышав его ледяной тон и безупречное английское произношение. Она тут же раздражается точно так же, как накануне. Высокомерие и бесцеремонность вызывают жгучее желание послать его подальше. Но Зоэ сжимает ее руку в знак молчаливой поддержки.

– Согласна, – скрепя сердце произносит Элис.

– Прекрасно! Билеты уже у меня, я их вам сейчас пришлю. Вылетаете на следующей неделе. Мы возвращаемся в Корею сегодня вечером, группа будет в Сеуле, когда вы приедете.

Элис молчит, прикусив язык, чтобы не сорваться на продюсера, с трудом подавляя новую волну ярости.

– Можно хотя бы поинтересоваться, почему я? Вы ведь даже не сомневались.

Из трубки доносится смех.

– А вот это – моя маленькая тайна.

Одиннадцать часов в самолете – то еще удовольствие.